Почувствовав на себе взгляд Сэма, перевела глаза на него. Он стоял чуть поодаль, его поза была все такой же почтительной.
— Что это? — выдохнула я, ошеломленная, хотя уже догадывалась.
— Входящий вызов, госпожа, — его голос был ровным. — Идентификатор указывает на господина Ванга Вануату. Разрешите ответить?
Я лишь кивнула, слишком пораженная, чтобы говорить.
Спираль дрогнула и начала раскручиваться, ее световые нити и фамильный герб сплетаясь в новые формы. Через мгновение передо мной, столь же реальный, как Сэм или Линн, парил в воздухе образ Ванга. Он находился в уютной комнате, в простой домашней одежде. Его лицо озаряла улыбка — не официальная и подобранная, а искренняя, широкая, полная настоящего облегчения.
— Алиса! — его голос прозвучал четко и ясно, будто он стоял прямо здесь. — Наконец-то. Как ты?
Это простое, человеческое обращение, этот теплый тон после холодного великолепия Энтара и напряженного пробуждения, растопили последние остатки моей скованности.
— Жива, — улыбнулась я в ответ, и это была правда. Впервые за последние сутки я почувствовала это всем существом. — Кажется, мой дебют в новом мире был не слишком изящным.
— Вздор, — отмахнулся он. — Такое случается с каждым вторым иномирянином. Главное, что с тобой всё в порядке. Сэм докладывает, что показатели стабильны.
— Да, спасибо. И… извини за вчерашнее. За свою реакцию.
— Тебе не за что извиняться, — его взгляд стал серьёзным. — Я прекрасно понимаю, скольким тебе пришлось столкнуться за считанные часы. Я и сам забыл, насколько хрупкими могут быть земляне в вопросах… личных границ. Больше этого не повторится.
Он произнёс это так просто и естественно, что моё смущение начало рассеиваться. Ванг не давил, не требовал, а проявил понимание.
— Я хочу предложить тебе кое-что, — сообщил Вануату. — Без давления, абсолютно. Как только ты почувствуешь себя в силах, я бы хотел пригласить тебя на скромный семейный ужин без официальностей, без посторонних. Просто пообщаться. Мне кажется, нам давно уже пора познакомиться по-настоящему, а не через сухие отчёты и обучающие программы. Что скажешь?
Его предложение прозвучало так заботливо и ненавязчиво, что у меня не возникло и тени сопротивления.
— С удовольствием, — ответила я. — Думаю, я уже достаточно отдохнула.
— Прекрасно! — его лицо вновь озарила улыбка. — Тогда сегодня вечером, в моих личных апартаментах. Никаких dress code, приходи как есть. Я распоряжусь насчёт ужина.
Он попрощался, и голограмма исчезла. Комната снова погрузилась в тишину, нарушаемую лишь щебетом незнакомых птиц снаружи.
Я перевела взгляд на Линн. Девушка, закончив свои обязанности, бесшумно переместилась в дальний угол комнаты и замерла в своей привычной, безжизненной позе, уставившись в пустоту. Это зрелище — человека, превращенного в мебель, — снова вызвало у меня щемящее чувство неловкости.
— Ей что, негде находиться, кроме как здесь? — тихо спросила я у Сэма.
— При ваших покоях есть комната для прислуги, госпожа, — он жестом указал на неприметную панель в стене, которая при его приближении бесшумно отъехала, открывая вход в небольшое, аскетичное помещение. — Она может находиться там, когда ее присутствие не требуется.
— Иди, отдохни, Линн, — сказала я, обращаясь к девушке. — Я позову, если понадобишься.
— Слушаюсь, госпожа, — она беззвучно скользнула в свою коморку, и панель закрылась за ней. Я почувствовала странное облегчение. Одиночество в этих роскошных покоях было менее давящим, чем присутствие живого существа, лишенного воли.
Оставшееся до ужина время я посвятила изучению окресностей. Это была архитектурная поэма, сотканная из света и неизвестных мне материалов. Комнаты плавно перетекали друг в друга, разделенные не стенами, а полупрозрачными энергетическими полями, мерцавшими, словно крылья стрекозы. Стены дышали — их поверхность медленно колыхалась, и сквозь нее проступали абстрактные узоры, напоминавшие то звездные карты, то строение клетки. Вместо окон пространство было открыто вовне гигантскими арками, за которыми простирался фантастический пейзаж Энтара: в небе цвета ультрамарина плыли два солнца — одно золотое и теплое, другое, поменьше, с серебристо-холодным сиянием, отбрасывавшим длинные, причудливые тени.
Я вышла на свою террасу. Она была огромной площадкой из материала, похожего на матовое стекло, но теплое на ощупь. Это было по истине волшебное сооружение, терраса парила, огибая стену, и с нее открывался головокружительный вид на великолепный сад. А за ним виднелись башни, похожие на кристаллы, пронзающие небо, между ними вились мосты-паутинки, по которым скользили бесшумные аэромобили. Прямо у перил террасы росли не деревья, а какие-то светящиеся образования, похожие на кораллы, от которых исходил тот самый пьянящий аромат.