Сэм поймал мой взгляд.
—Для полного понимания потенциала Эклунда, госпожа, встреча с господином Аррионом необходима. Он ожидает вашего разрешения.
Я смотрела на карту, на эту сияющую жемчужину, которая была моей тюрьмой и моим единственным шансом. Возможно ключом к ней были эти двое — ученый-смотритель и мой загадочный раб-стратег.
— Договорись о встрече, Сэм, — сказала я. — Попробую посмотреть в глаза призракам моего наследства.
Мы вышли через массивные арки главного здания на просторный внутренний двор, вымощенный темным, отполированным камнем. Казалось, что дальше прохода нет, небольшая площадь упиралась в естественную скальную стену, и я уже ждала, что наш путь окончен. Но Сэм провел меня через почти невидимый коридор между валунами, и мир раскрылся.
Дыхание перехватило. Мы стояли на краю обширной долины, уходящей вглубь материка и поднимающейся террасами к заснеженным пикам. Это был не просто ландшафт. Это был замысел, воплощенный в камне, стекле и жизни. Прямо перед нами, у подножия горы, раскинулся целый мини-город. Архитектура была потрясающим синтезом грубой, древней эстетики и стремительных линий будущего. Здания, похожие на гигантские кристаллы, вырастали прямо из скал, их грани отражали двойной свет лун. Над ними парили легкие мосты-переходы, а внизу, среди искусственных ручьев и рощ с серебристой листвой, я увидела движение — людей, транспортные платформы, мерцающие огни. Здесь кипела жизнь.
— Это... — я не могла подобрать слов. Как дизайнер, я была восхищена гениальностью замысла, вписанного в природу, а не покорившего ее.
— Исследовательский комплекс «Омега», — голос Сэма прозвучал рядом. — Сердце наследия Елизаветы. — Он указал рукой. — Слева — ряд специализированных лабораторий: ксенобиологии, геологии, материаловедения. Дальше, среди тех рощ, — деревня для ученых и их семей. А в центре... — его палец переместился на самое впечатляющее здание, напоминающее гигантский, полупрозрачный цветок, лепестки которого были ярусами террас. — Административный и культурный центр "Таир". Там же находится главный архив и зал проектов.
Он провел меня в ближайшее здание с панорамными стенами. Внутри, в центре круглого помещения, парил голографический глобус Эклунда. Сэм сделал легкое движение рукой, и карта ожила.
— Елизавета вела работы на трех континентах, — его голос был деловит, но за ним стояла тихая гордость. — Здесь, на равнине «Заря», мы развернули экспериментальные сельскохозяйственные биокупола, пытаясь гибридизировать земные и местные культуры. — На поверхности планеты засветилась одна из меток. — На этом плато, «Вершина Мира», находилась астрофизическая обсерватория, следящая за карликом и Игнис. А здесь, в океанической впадине «Бездна», — зажглась еще одна точка, — работала глубоководная станция по изучению местной фауны и добыче уникальных минералов.
Он обернулся ко мне, и в его глазах читалась непростая смесь — преданность делу и горечь.
— После ее смерти все это перешло в перманентное состояние. Поддерживается лишь базовое функционирование, не более. Исследования заморожены, персонал сокращен до минимума, многие объекты законсервированы. Господин Ванг-младший видел в Эклунде лишь источник сырья. Он считал научные изыскания вашей тети... излишне рискованными.
— А у Елизаветы и Вануату-старшего были другие планы? — тихо спросила я.
Сэм кивнул, и его взгляд снова обратился к глобусу, к этому замершему, но полному потенциала миру.
—Господин Вануату-старший боготворил свою жену. Он видел в ее проектах новый, более совершенный уклад. Верил, что Эклунд станет не просто еще одной колонией, а маяком. Местом, где рождаются технологии, способные изменить саму основу нашего общества. Потенциал у планеты огромен, госпожа. Огромен и практически не тронут. Нужно только... чтобы ею занимались. Чтобы у нее снова появилась хозяйка, которая увидит в этом не актив, а наследие.
Сэм не смотрел на меня, но каждое его слово было обращено ко мне. Это был и отчет и презентация. Передача эстафеты. Я смотрела на сияющую карту, на замершие точки былых свершений, и чувствовала, как тяжесть ответственности сплетается с щемящим восторгом перед открывающимися возможностями. Это было больше, чем я могла себе представить. И страшнее.
Голова шла кругом. Мне, дизайнеру сайтов, вдруг вручили чертежи целой планеты и сказали: «Держи, теперь ты за всё в ответе. Твори».
Масштаб был немыслимым. Нужно было проектировать не комнаты и здания, а континенты, океаны, целые экосистемы. И не просто недвижимость, а замороженные прорывы в науке и технологиях.