Я не сказала ни слова. Просто потянула его голову вниз, по направлению к своим бедрам, взгляд мой был мутным от сна и непрожитого стыда. Он понял без слов. Всегда понимал. Его дыхание стало глубже, горячее. Кайл скользнул вниз по простыне, его движения были плавными, церемонными, даже в этом.
Тёплые влажные губы коснулись внутренней стороны моего бедра, и я вздрогнула, закрыв глаза. Пальцы, вцепившиеся в его волосы, разжались, ладонь легла на его затылок, не принуждая, а просто ощущая. Язык Кайла был точным инструментом, знающим каждую эрогенную зону, каждую точку напряжения. Он вылизывал из меня вчерашний страх, сегодняшнюю растерянность, завтрашний ужас. Я позволила волне нарастающего удовольствия смыть все — и планету, и Ванга, и собственную несостоятельность. Я просто чувствовала. Жар, растекающийся по низу живота, мелкую дрожь в ногах, тихие, сдавленные стоны, которые я не могла сдержать. Это был побег. Самый низменный и самый эффективный.
Когда волна оргазма наконец накатила, смывая последние обрывки мыслей, я судорожно вздохнула, все еще держа Кайла за голову. Он оставался на месте, не двигаясь, дожидаясь моего разрешения. Я откинулась на подушки, чувствуя, как по телу разливается тяжелая, пустая истома.
И только тогда, когда дыхание начало выравниваться, а сознание — проясняться, пришло первое, острое чувство стыда. Не за сам акт, а за его отчаянную, паническую природу. Я использовала человека, как успокоительное. Потом я вдруг вспомнила про Линн. Где она спала? Вечером не определила ей места. Но тут же отогнала эту мысль. Сэм, конечно же, все уладил. Он всегда все улаживает. Это знание почему-то вызывало не благодарность, а новую волну раздражения.
— Выйди, — тихо сказала я, не глядя на Кайла.
Он беззвучно скользнул с кровати и исчез в полумраке комнаты.
Я приняла долгий, почти обжигающий душ, пытаясь смыть с кожи и следы прикосновений мужчины, и липкое чувство собственной слабости. Затем воду сделала ледяной, контраст всегда давал мне силы.
Одевшись в лёгкое домашнее платье, села за стол в своей спальне. Мысли, которые я так старательно заглушала, обрушились на меня с новой силой.
Полгода. Всего полгода назад я была Алисой, дизайнером с Земли, с ее скучными, но предсказуемыми проблемами. Наследство. Новый Мир. Ванг. Наркотик, маскирующийся под заботу. Побег. И теперь... целая планета, застывшая в ожидании моего слова. Я пыталась трезво оценить ситуацию, и выводы были ужасающими. У меня не было ни знаний, ни связей, ни сил, чтобы управлять этим. Я была одинока в чужом, враждебном мире, и мое единственное преимущество — право собственности — висело на волоске.
Мне до жути захотелось, чтобы все они просто исчезли. Чтобы я могла закрыть глаза, а когда открою — оказаться в своей старой квартире, за проектом очередного сайта.
В дверь постучали. Я знала, что это Сэм. Он пришел за указаниями, с докладом, с новостями. Он был воплощением той самой реальности, от которой я бежала.
— Я не выйду к завтраку, — сказала я в дверь, стараясь, чтобы голос не дрогнул. — Не беспокойте меня.
За дверью воцарилась тишина. Он не спорил. Но я чувствовала его молчаливое присутствие, его невысказанное осуждение или, что было еще хуже, — его надежду. Я не могла вынести ни того, ни другого.
Сэм лежал на своем спальном месте, уставившись в темный потолок. Каждое слово, сказанное им сегодня, каждый жест, каждый взгляд, брошенный украдкой на Алису в саду, — все это прокручивалось в голове с мучительной четкостью.
Глупая надежда. Она горела в нем тлетворным огнем. Он видел, как Алиса смотрела на голограмму планеты. Не с пустым страхом обывателя, а с тем особым, остекленевшим взглядом дизайнера, пытающегося охватить необъятный проект. В ее глазах мелькнула искра вызова, та же, что когда-то зажигала Елизавету. И он, как дурак, позволил себе надеяться. Всего на миг.
А потом он увидел, как она уходит в сад — сломленная, растерянная. И он послал за ней Кайла. Сам. Потому что знал — Кайл сможет дать ей то, что нужно сейчас: простое, животное забвение. Это была его обязанность управителя — предугадывать потребности госпожи.
Сэм не спал. Он встал до рассвета, как всегда, и теперь стоял у окна в их с Кайлом комнате, изучая данные с датчиков периметра. Ночь прошла без происшествий, но внутреннее напряжение не отпускало. Он ждал. Ждал начала этого дня, который обещал быть тяжелым.