— И вы с радостью поехали. Почему вы не остались дома с больным мужем?
— Я… меня никогда не приглашали на обед… в такое знатное семейство, — призналась Виолетта.
— Понятно, тогда поговорим о другом. Сколько вам лет, леди Гудвин?
— Восемнадцать.
— А сэру Томасу было семьдесят два. Как долго вы состояли с ним в браке?
— Ровно шесть месяцев.
Блэйк ухмыльнулся. Он прекрасно понимал, куда клонит инспектор, но не понимал зачем.
— Где вы родились?
— В Сент-Джилсе, — едва слышно прошептала девушка.
— Кто были ваши родители?
На глаза Виолетты навернулись слезы, которые она пыталась смахнуть рукавом платья.
— Мою мать звали Эмили Купер. Моего отца звали Петер.
— Петер? А фамилия?
— Петер Гаррет.
Блэйк вздохнул. Он этого не знал. На лице леди Алистер он обнаружил выражение, близкое к ее истинным чувствам.
— Ваши родители были женаты? — продолжал Ховард, хотя прекрасно знал ответ.
Опустив глаза, Виолетта покачала головой. Слава Богу, она признается во всем за закрытыми дверями.
— Когда вы были ребенком, где вы жили?
Виолетта облизала губы и беспомощно посмотрела сначала на инспектора, потом на леди Алистер.
— Я жила в разных местах.
— В каких конкретно?
— Не помню. Мама умерла, когда мне было всего три года. Мы с папой все время переезжали с места на место.
— Где сейчас живет ваш отец?
— Он умер. Когда я была еще ребенком.
— Итак, вы были сиротой. Виолетта кивнула.
— Сколько лет вам было, когда вы осиротели?
— Десять.
— Вы жили у родственников?
— Нет. — Голос Виолетты начал набирать силу. — Мы с Ральфом жили где придется.
— С Ральфом? Кто такой Ральф, леди Гудвин?
— Просто мальчик. Мы выросли вместе.
— Итак, с десяти лет вы жили с мальчиком? У вас были определенные отношения?
— Ваши вопросы выходят за рамки приличий! — воскликнул Блэйк.
— Сэр, — повернулся к Блэйку раздраженный инспектор Адамс, — если вы не можете сдерживать себя, мы будем вынуждены попросить вас покинуть помещение. Это не судебный процесс. Мы всего-навсего выясняем обстоятельства жизни леди Гудвин.
— С какой целью? — вызывающе спросил Блэйк. — Вы желаете одержать верх над беззащитной леди Гудвин или найти настоящего убийцу, если здесь вообще позволительно вести речь об убийстве?
— Сэр, мы только выполняем свою работу, не более того, — как можно дружелюбнее отозвался Ховард.
— Блэйк, позвольте этим джентльменам завершить допрос как можно скорее, тогда мы все сможем заняться своими делами, — попросила леди Алистер.
Блэйк вздохнул и посмотрел на Виолетту.
— Итак, леди Гудвин, вы имели с этим мальчиком известные отношения?
— Не понимаю, — понурив голову, созналась Виолетта.
— Вы находились с ним в половой связи?
— О Господи! Нет, конечно! — фыркнула девушка.
— Тогда скажите, где вы проживали с вашим другом.
Виолетта закрыла лицо руками.
— Мы жили везде — в подвалах, в порту, на складах, везде, где могли найти себе место.
— Итак, вы были бездомной сиротой. Как же вам удалось выжить? — После минуты гробового молчания продолжил допрос инспектор.
Виолетта молчала. Блэйк вынужден был стать на ее защиту.
— Вы хотите представить дело так, что характер леди Гудвин был заведомо испорчен бездомностью и сиротством, но я вам этого сделать не позволю. Если леди Гудвин не смогла вовремя обратиться к адвокату, то я помогу ей найти достойную кандидатуру.
Адамс сделал вид, что не слышит Блэйка.
— Итак, как вам удалось выжить?
— Я была посыльным, я работала цветочницей, я даже караулила лошадей богатых людей, — задрав подбородок, выпалила Виолетта.
— Вы попрошайничали? Вы занимались воровством?
Виолетта глубоко вздохнула. Губы у нее мелко тряслись.
— Я никогда не попрошайничала.
— Вы воровали?
— Виолетта… — попытался остановить ее Блэйк.
— Да, — сказала девушка, перебирая перчатки. — Мы так сильно голодали, что…
— Леди Гудвин, — торжествовал Адамс, — признайтесь, вы покупали крысиный яд в аптеке, накануне смерти сэра Томаса?
— Не отвечайте им! — предостерег ее Блэйк.
— Признавайтесь, покупали или нет, — требовал ответа Адамс. — Сэр, вы мешаете нам проводить дознание, — обратился он к Блэйку.
— Тогда, возможно, вы вынесете обвинение и против меня? — холодно усмехнулся Блэйк.
Бросив уничтожающий взгляд на Блэйка, Адамс впился в жертву.
— Леди Гудвин, Хэрольд Кипсон, аптекарь из Тамраха, уже дал показания о том, что продал вам порцию яда, достаточную для того, чтобы умертвить дюжину крыс. Яд был продан накануне дня смерти вашего супруга.