— Не выходило никак.
Присел Самсон на стул для пациентов сбоку от письменного стола. А доктор на свое место опустился, и выражение его лица стало профессиональным, внимательным.
— Ну так что за вопрос? — поинтересовался он.
— Когда к вам красноармейцы ворвались, они протез глаза украли. Правильно?
— Ну да, забрали, реквизировали, — иронично подтвердил доктор.
— А тот протез, он ведь только с виду глаз заменяет, чтобы дырки не было? Он же не видит?
— Конечно не видит! Это для душевного удобства.
— А не знаете ли, может, кто протезы уха делает?
— Не встречал, честно говоря, — доктор пожал плечами. — Из гипса-то сделать легко, но крепиться не будет…
— Мне бы тоже для душевного удобства помогло… Я б тогда и бинт сразу снял.
Доктор снова поднял взгляд на забинтованную голову парня.
— Вы бы его все равно сняли! Я уж не знаю, сколько на нем теперь вирусов и бактерий! Не дай бог заражение крови случится!
— А как же мне с дыркой вместо уха по улице ходить? — чуть не страдальческим голосом спросил Самсон.
— Ну что вы как юнец несмышленый, — удивился доктор. — Сейчас по погоде, можно сказать, зима еще. Можете шапку с ушами носить — никто не увидит вашу рану. Потом другой головной убор найдете или закажете! Что вам этот бинт дает? Только внимание на себя обращает!
Подсказка доктора зажгла мысли Самсона радостным огнем.
— Как это я сам не додумался? — поразился он.
— Я вам не знаю как благодарен, — сказал он тут же Ватрухину. — Не знаю, почему это мне самому в голову не пришло!
— Ну не за что, не стоит! — отмахнулся доктор. — С глазами-то как? Не тревожат?
— Нет, не тревожат! Завтра еще зрение на стрельбах проверю!
— На каких стрельбах? — От неожиданности доктор откинулся на спинку стула, словно чтобы лучше сидящего перед ним визитера осмотреть.
— На службу пошел, в Лыбедской участок милиции. Завтра на курсы по стрельбе. В тир Общества правильной охоты, за Куреневкой.
— Знаю, знаю! — закивал задумчиво доктор. — Сам когда-то охотой баловался! И что ж, большевиком станете? — он посмотрел на куртку Самсона.
— Нет, что вы! — поспешил заверить доктора парень. — Я за порядок буду бороться.
— Порядки разные бывают, — доктор пожевал растерянно губами. — Есть большевистский порядок, есть махновский, есть деникинский. Все они на бумаге не записаны, и все они меняются, как погода в Англии. Ничего не устаивается. А для жизни нужен устоявшийся, оформившийся законами порядок, чтобы одинаковые правила для всех…
— Будет, — пообещал Самсон доктору. — Обязательно будет! Пойду я уже.
— Ну-ну, идите! Наводите ваш порядок! — несколько омраченно напутствовал парня Ватрухин. — А если что с глазами, приходите! У медицины один закон и один порядок уже тысячелетия! Потому что болезням наплевать и на большевиков, и на петлюровцев!
Глава 15
Не имея более своего уха в кабинете отца, Самсон всю ночь не спал, беспокоился, подходил к двери и пытался услышать: не шепчутся ли опять о чем-то живущие у него красноармейцы. Только когда оттуда донесся отчетливый храп, успокоился Самсон и улегся в постель окончательно, ощущая ломоту во всем теле.
Рассвет встретил с открытыми глазами. Чай с ломтем хлеба привел его в чувство, а одевание в полученное накануне обмундирование придало уверенности. Единственное, что заставило задуматься, так это то, что вчера ему не выдали фуражки! Но в шкафу нашлась отцовская бобровая шапка, сплошная, без ушей на завязочках, и, хоть она стилем и не вязалась с грубой кожей куртки, но Самсон решительно заменил ею обтрепанный бинт. Так как у отца голова была покрупнее, шапка закрыла и левое ухо, и то, что осталось от правого. И вышел он на улицу в сапогах и кожаной куртке совсем не так, как привык выходить в гимназическом пальто и английских ботинках. Сутуловатая спина, за которую его больше некому было дома ругать, сама выпрямилась, натянулась под курткой, как тетива лука. Сапоги требовали особой походки, и эта походка сама у ног появилась, словно ноги знали, как и в какой обуви ходить.
Под милицейским учреждением стоял легкий грузовоз «Уайт». Возле кабины курил Пасечный и разговаривал с водителем через опущенное стекло дверцы. Водитель тоже курил. Самсон видел, как облачко папиросного дыма вылетело из кабины. Подошел. Поздоровался.
— Еще одного товарища ждем, — предупредил его Пасечный.
— А как товарищ Найден? — поинтересовался Самсон.
— На месте. Вчера вечером врач его смотрел, сказал пока из дому не выходить.