Стражник вытащил из кармана небольшой каменный молоточек и трижды ударил по двери. В окнах первого этажа заметались огоньки. Спустя несколько минут дверь распахнулась. Изнутри лился теплый желтый свет. Ида снова закрыла глаза.
– Благодарю, гвардеец, – сказал женский голос. Серая рука ослабила хватку. Ида покачнулась от неожиданной свободы, но ее тут же перехватили и потянули внутрь. Хлопнули двери. И только тогда она решилась снова открыть глаза.
Перед ней стояла маленькая женщина – ненамного выше самой Иды. Волосы были сплетены в две густые чёрные косы, лежавшие на плечах. Серое льняное платье пестрело вышитыми колосками и цветами.
– Меня зовут Надежда Данговна, деточка. Я здесь наставница. Добро пожаловать в дом Потерянных Детей. Больше тебе не будет холодно, голодно или одиноко. Здесь мы заботимся обо всех детях, которых потеряли. Как тебя зовут?
– Ида. Меня не теряли. Я сама ушла. У меня важное дело.
– Важные дела точно подождут до утра. Сейчас мы тебя умоем, накормим и уложим спать. А утром я тебе покажу Дом и расскажу, что здесь к чему. Пойдем?
Ида стояла, насупившись, засунув руки в карманы.
– Ну же, Ида. Тебя здесь никто не обидит. Обещаю тебе. Давай, пойдем со мной.
Нужно было, наверное, заплакать. Или закричать и попытаться убежать. Но у Иды больше не было сил. Поэтому она просто позволила отвести себя внутрь. Маленькая женщина отмыла ей лицо жестким и пахнущим мылом полотенцем – и где только она успела испачкаться? Затем они долго петляли по полутемным коридорам, пока наконец не попали в огромную кухню. Иде дали хлеба с сыром и стакан молока. Она выполняла все указания, чувствуя себя безвольной тряпичной куклой. Снова хитроумное сплетение коридоров и поворотов, лестница наверх, и, наконец, Ида оказалась у огромной белой деревянной двери с резными узорами.
– Спальня девочек находится в правом крыле, – пояснила Надежда Данговна, отпирая дверь. – Но мы же не хотим всех перебудить, верно? Так что сегодня поспишь у меня в кабинете на кушетке.
Кабинет оказался небольшой комнатой с книжным шкафом, письменным столом и странным диваном с изогнутой спинкой и копытцами вместо ножек. Все внутри было белым-белым, как будто пока здесь никого не было, в окно ворвалась метель и замела комнату от пола до потолка.
На белую кушетку наставница постелила белую простынь, которая до того пряталась неизвестно где. Из ниоткуда же появились белая подушка и белоснежное одеяло. В это великолепие Ида забралась как была – в одежде и обуви.
– Хорошо бы это был просто сон, – успела подумать она. А потом по-настоящему уснула.
*
– Вставай, репеха! На завтрак пора!
Ида накрылась одеялом с головой.
– Мамочка, давай я сегодня не пойду в садик? Пожалуйста!
С нее сдернули одеяло. Солнце за окном светило вовсю, так что белый кабинет выглядел почти бесцветным. Над кушеткой стояла растрепанная девочка чуть старше Иды в сером сарафане на белую майку.
– Ма-а-а-амочка, – передразнила она Иду. – В са-адик. Давай маршируй за мной. И не отставай.
Девчонка развернулась и исчезла в дверном проеме. Ида вылезла из кровати, запуталась в простыне, споткнулась, чуть не упала. Когда она справилась с развязавшимися шнурками, сарафана уже и след простыл.
За дверью обнаружился длинный коридор без окон, зато со множеством дверей. Ида немного постояла, прислушиваясь, затем пошла в ту сторону, где были еле-еле слышны голоса. Коридор закончился смутно знакомой лестницей, красиво изгибавшейся вниз. Шнурок на правом ботинке предательски развязался, так что она заправила его внутрь, не завязывая. Шум точно шёл снизу. Девочка спустилась, аккуратно держась за перила – как мама учила – и оказалась в круглом зале. Вправо и влево уходили коридоры. А прямо перед ней была еще одна огромная дверь.
– Выход! – догадалась Ида. – Выход наружу!
Она схватилась за медную ручку в виде ириса и потянула вниз. Дверь не поддавалась. Ида повисла на ручке всем телом, но та как будто была намертво приклеена. От злости и обиды глаза наполнились слезами. Она пнула дверь – просто так, без особой надежды.
– Очень умно.
Мальчишка стоял рядом с таким видом, как будто был там все время. Взъерошенные русые волосы закрывали глаза, серые форменные штаны и белая майка были на размер больше и болтались на нем, как на чучеле.
– Ты кто? – опешила Ида.
– Урд в пальто. Дверь не ломай. Она по четным не открывается. Идем на завтрак.
Мальчик зашагал направо, и Ида, путаясь в шнурках, поторопилась за ним.
Она шла по коридору и шмыгала носом. Сладковатый запах старья врывался в ноздри. Взглядом она упиралась в выцветший ковёр и шаркающие ноги мальчишки.