Потом стало темно и тихо.
Вопреки ожиданиям Демея, Семёныч не стал ни причитать, ни подкалывать. Молча поставил на плиту белый эмалированный чайник, выставил на стол три щербатые чашки.
– Ты садись, садись, Дёма. Чаю попьем.
Старик сел рядом, закурил папироску. Дементий глотнул дыма и вспомнил, что черт знает сколько не курил. До слез захотелось ощутить горький табачный привкус во рту.
– Можно? – протянул он руку к пачке.
– На здоровье. К слову, гость к тебе пришел.
Откуда-то из комнаты явился невысокий плотный мужчина в старомодном сюртуке. Вежливо приподнял шляпу одной рукой.
– Кажется, мы ещё не были представлены, – сказал он. – Меня зовут Тимофей. Тимофей Тан. Можно просто Тан. Я – киевгородский часовщик.
– Дементий Меленский. Можно просто Демей. Менеджер по продаже медицинского оборудования. Вероятно, сумасшедший.
Часовщик рассмеялся.
– Вы очень похожи на своего отца, Демей. Я слышал, вы пока только обживаетесь в Киевгороде. А я как раз ищу подмастерье. Так что если нужна будет работа – обращайтесь.
– Ничего не смыслю в часах, – честно ответил Дементий.
– Это ничего. Поверьте, времени у вас полно.
Глава 5, Желя
Отец воронов был не в духе. Бесконечная сырость успела ему надоесть. Холодные дождевые капли стекали с полей шляпы, падая на нос и норовя потушить торчавшую изо рта сигарету. Авениру хотелось распушить перья и хорошенько отряхнуться. К сожалению, человеческое тело для этого было совершенно не приспособлено.
Советник опаздывал уже на полчаса. Авенир печально размышлял, не стоит ли разжаловать того в рядовые. И отправить, ну, например, патрулировать городскую свалку. Нет, слишком престижно. Мусорные баки пусть инспектирует. Мысленно представляя себе, как Витта в строгом черном пальто и костюме-тройке роется в брюхе железного контейнера, Авенир криво улыбался.
Вороний король облюбовал скамейки во дворе на Кривой улице в тот далекий год, когда первый советник только отращивал хвостовые перья. Впрочем, не один он любил это место. Рамуки селились здесь почти открыто – крошечные дверцы и люки их жилищ были рассыпаны по всему подворью. Неподалеку обосновался кто-то из верхних – деревянный дом был демонстративно пуст и заброшен на первом этаже, тогда как сверху сиял чистотой, красотой и отсутствием лестницы. Рядом с небольшим пустырем, где по ночам танцевали огоньки, висела огромная деревянная скамейка на двух цепях – излюбленная забава фей. Раскачайся как следует и загляни в позавчера.
Надо всем этим возвышался, гордо расправив плечи, Дом Истинного языка. Старое божество, поселившееся под этими стенами, уже и само не помнило своего имени. Такое частенько случается с теми, кто видел, как распадались на части первые континенты. Божеству было скучно и хотелось спать. Иногда оно потягивалось во сне – пробовало, на месте ли странные сплетения конечностей.
Бывало, что приоткрывало десяток-другой глаз и лениво наблюдало за муравьями, поселившимися на его спине. Пока божество сонно моргало, те успевали родиться, подрасти и наделать новых муравьев. «Довольно забавные», – порой думало оно. Но чаще вообще не думало ни о чем.
В юности Авенир потратил немало часов в библиотеке Вороньего предела, но так ничего внятного и не нашёл об этом создании. Самые ранние записи сообщали, что на «проклятой поляне в ивняке» нужно быть исключительно осторожными, «ибо всяк матери языком речеще». Проще говоря, спящее божество неосознанно требовало от всех гостей говорить на своем родном языке. Лучшего места для выявления шпионов было не найти. Киевгородцы, забредшие в средний город, обходили Кривую улицу дальней дорогой. Существо это вполне устраивало. Муравьем меньше, муравьем больше…
Наконец, в воздухе захлопали крылья. На скамейку рядом с Авениром приземлилась серая городская ворона. Распушила оперение на шее и с глухим карканьем трижды поклонилась.
– Господин первый советник, – раздраженно приветствовал его Авенир. – Вы совершенно не пунктуальны.
Ворон распушил перья, расправил крылья и отряхнул с себя мартовский дождь.
– Я не хотел вас оскорбить, отец. Непредвиденные обстоятельства. Не мог же я принести светлейшеству непроверенные данные.
Авенир наклонил голову вбок и посмотрел на советника одним глазом. Это значило, что отец воронов внимательно слушает. Господин первый советник распушил хвост от гордости и доложил:
– Все в порядке. Девочка – под присмотром Ньадьы Дьангха, сестрица Алёнушка – все там же, а дурного глаза пока не видать.