– Как вам рабочее место, господин архитектор?
Часовщик стоял у него за спиной. Сегодня он был одет в джинсы и синюю клетчатую рубашку с бабочкой. В руках у него было два картонных стакана с крышечками.
– Не знаю, какой кофе ты пьешь, поэтому взял черный. Черный кофе всегда к месту. Даже если он из кофемашины в виде розовой улитки.
Дементий поблагодарил.
Господин Тан жестом указал ему на один из столиков в общем зале. Сел рядом – спина прямая, будто кол проглотил. На лице – некое подобие хмурой улыбки.
– С сегодняшнего дня ты – мой подмастерье. Три дня в неделю, с утра и пока не закатится солнце. Работа не пыльная. Для начала будешь сидеть здесь, разберешь документы, наведешь порядок. Плюс прием посетителей. Будешь принимать плату, выдавать готовые заказы… По важным вопросам будешь направлять ко мне.
– То есть я теперь секретарша? – хмуро спросил Демей, обжегшийся кофе.
– Офис-менеджер. Не забывай об уборке. А, да, несколько правил. Нельзя опаздывать, нельзя входить в кабинет без стука, нельзя хамить посетителям. И, самое главное…
– В туалет хотя бы можно? – перебил Демей.
– И самое главное, – как ни в чем не бывало продолжил часовщик, – нельзя донимать меня глупыми вопросами. Посему условимся: три вопроса. Каждый день ты можешь задать мне только три вопроса, не касающихся работы.
– Кстати, о работе… А зачем вот это нужно мне? – нахохлился Дементий.
– Во-первых, тебе нужно на что-то жить, господин Меленский. Пока ты еще не архитектор, а так, личинка с задатками. Кто тебя кормить будет? Семёныч – добрый человек, но нахлебников не терпит. А я хорошо плачу. Во-вторых, у меня в мастерской отличная библиотека. А среди моих посетителей – множество интересных существ.
– Интересных существ и снаружи хватает.
– Ну да, ну да, – хмыкнул Тан. – «Это не народ, это – лучшие люди города». Так что, работать будешь или нет?
Дементий молча встал и пошел разбирать бумаги.
Первый посетитель пришел к двум после полудня. Демей к этому времени успел надышаться пылью, которой были щедро присыпаны счета и расписки на конторке. Тексты на бумагах были похожи на записки сумасшедшего.
От скуки он протер все столы и расставил на полках книги по алфавиту. По крайней мере те, буквы на которых смог опознать. Часовщик как заперся в своей каморке, так и не выходил.
Только Дементий решил, что может позволить себе сесть и почитать, как дверной колокольчик нервно залепетал. На пороге стояла немолодая женщина с полной корзинкой котят.
– Здравствуйте, – вежливо сказал Демей. – Чем я могу вам помочь?
Посетительница осмотрела его с головы до ног и явно осталась недовольна. Поджав губы, она требовательно огласила:
– Часы позолоченные нагрудные, три часа взаймы, заказ на имя Вершинниковой.
Дементий нашел коробочку с указанной фамилией и аккуратно подал. Дама брякнула на стол корзинку котят и направилась к выходу.
– А… – заикнулся Демей. – А котики?
– Оплата.
К концу дня он успел выдать еще семь заказов и получить в качестве платы чьи-то перчатки, шиньон, стопку потрёпанных чёрно-белых семейных фотографий, набор из трёх металлических ежей-пепельниц, детский кошелек из дермантина с тремя яркими птичками на боку и сломанную деревянную лошадку на веревочке. Четверо пестрых котят из корзинки все это время висели на нем: кто на плече, кто на штанине.
В восемь пришел грузный мужчина в пальто и костюме-тройке. Пышные усы на его лице странно оттеняли залысины на лбу, за которыми курчавились темные волосы. Не здороваясь, швырнул пальто с меховым воротником на стол.
– Мне нужна неделя.
– Обождите минуту, я уточню у мастера Тана, – сказал Демей, почему-то чувствуя себя оскорбленным. Было в тоне посетителя что-то такое, от чего Дементию казалось, что ему только что бросили горсть милостыни.
Он постучал в мастерскую. Часовщик вышел хмурый, как грозовая туча, но в момент растаял и растекся в приветливой улыбке.
– Какой приятный сюрприз, ваша светлость! Андрей Иванович, милостивый государь мой, не изволите ли чаю? Кофе? Могу послать мальчика, он вмиг.
«Мальчик» молча возвышался в углу, давясь яростью. Самый мелкий из котят с упоением жевал его правое ухо.