Дементий с ужасом прислушивался к звону битого стекла в передней. Стихия явно подбиралась к кабинету. Последовавший звук на некоторое время ввел архитектора в ступор. Его испуганный мозг мог квалифицировать его только как «гигантская мокрая жаба рухнула в огромную лужу». Это было странно, но на фоне погоды дождь из лягушек не был таким уж невероятным.
Демей почти взял себя в руки, но предатель-слух сообщил, что гигантская жаба пересекла комнату и сейчас тянет за ручку двери кабинета...
– ПОЛОЖИ БАНКУ, ИДИОТ! – прогремел голос советника Витта прямо у него в голове. – ПРОСТО ПОЛОЖИ ЧЕРТОВУ БАНКУ!
Дементий выпустил золотой купол из рук, и тот, потрескивая молниями внутри, покатился к ворону.
Потом они сидели за устоявшим дубовым столом – испуганный бледный Демей и усталый советник короля воронов. С насквозь промокшего камзола советника стекали потоки воды.
– Ч-что это было?
– Генератор погоды. Один идиот… угадай сам, какую он носил фамилию… притащил с… оттуда… несколько артефактов, и решил сделать из них банку под печенье. Сувенир получился на славу. В тот раз пока мы разбирались, Подол затопило по человеческий рост. Причем в Среднем городе.
– Господи. Я же не знал…
– Мастеру Тану рассказывать будешь. Авось его это разжалобит.
– Советник… Я ведь могу пойти…в Пустошь?
Первый советник короля воронов, отца крылатых, Авенира, смотрел Демею в глаза, и у него совершенно отчетливо дёргалось веко.
– Никогда, никогда больше не спрашивай подобные вещи. С богом пополам, отец света не таит на тебя злости. Я сейчас выйду в ту дверь и сделаю вид, что мы не встречались. Но не факт, что остальные будут так же добры. За грехи отцов платят дети, и поверь, к тебе у многих счёты.
Глава 20, Шишига
Июнь 2011
На город опустилась вязкая дымка летней жары. Каштаны сбросили цветы и покрылись крошечными завязями с мягкими колючками. Зацвел чубушник, который киевляне гордо зовут жасмином.
Дементий все утро пролежал на газоне на Владимирской горке, глядя, как громады облаков медленно уплывают в сторону Днепра. Запах свежескошенной травы кружил голову. «И-юнь» – повторял он про себя по слогам. Катал слово на языке и довольно улыбался, думая о Лёле.
Это был его личный четверг. Никакой работы, никаких поручений, никаких забот. Можно было делать все, что хочется. Демею хотелось лежать и смотреть на небо. Под правой лопаткой что-то кололось – то ли камушек, то ли ветка, но и в этом была своя особенная радость. Знать, что ты плотный. Живой. Настоящий.
К полудню стало слишком жарко. Возвращаться домой не хотелось, поэтому Дементий спустился по серпантину на Почтовую площадь и поехал на метро в Гидропарк. Несмотря на середину рабочего дня, подземка была полна людей. Демей проехал станцию до площади Независимости, потоптался в очереди на эскалатор, сел в душный поезд на Крещатике. Когда-то давно, в Москве, он ненавидел летнюю толкучку в метрополитене. Разгоряченные и не всегда хорошо пахнущие пассажиры, набитые в железный поезд, как килька в банке. Чьи-то острые локти и колени. Громоздкие рюкзаки. Плачущие дети. Демею казалось, что все это было не с ним. Он стоял, плотно зажатый между двумя полными женщинами, уткнувшись носом в копну волос девушки впереди, и все еще был всем доволен.
На станции Гидропарк на фотообоях с панорамой правого берега красовалась размашистая надпись маркером: «Как жить без любви?» Демей фыркнул, отгоняя от себя смутные неприятные мысли, и направился к выходу.
Он брел через парк, пока последние островки цивилизации не остались далеко позади. Было тихо и зелено. Ржавые останки заброшенных аттракционов были похожи на кости доисторических ящеров. Покачивала на ветру красными пластиковыми креслами древняя карусель. Казалось, люди покинули эту часть мира давным-давно, отступив перед армией пырея, ломающего асфальт в мелкую крошку. От зарослей со стороны реки тянуло сыростью и железом.
Резкое движение слева было таким неожиданным, что Дементий споткнулся. Из кустов ему подмигивала неопределенного возраста девица. Убедившись, что он заметил, поманила пальцем. Как зачарованный, Демей шагнул в густой ивняк и пошёл за ней, разбирая руками хитросплетение веток. Терпко пахнущая лоза, хватавшая Дёму за ноги и за руки, как будто расступалась перед ней.
Девушка обернулась, расплылась в улыбке и ускорила шаг. Несколько секунд Дементий стоял и смотрел ей вслед, затем решительно двинулся дальше.
Бешено стучало сердце. Белая сорочка все удалялась от него. Только бы не упустить из виду! Кровь пульсировала в висках. Билась под глазом жилка. Демей перешёл на бег.