- Мистер Малфой не устраивайте цирк. Это просто физический рефлекс остаточной магии. Все прекрасно знают, что такое бывает после смерти. Всего лишь реакция мышц, - с умным видом сказал мистер Уизли.
- Но не через три дня после смерти, - четко сказала Гермиона. - Возможность рефлекса исключена.
- Великий Мерлин, - потрясенно прошептал Драко, посмотрев на Поттера. Затем он повернулся к Генри Гюнтеру, главному преподавателю в военной академии авроров, и твердо сказал: - Генри, ты же придумал способ, как проверять наличие заклинания Hide anima? Проверьте его, - произнес он и кивнул в сторону гроба.
- Но, мистер Малфой, это же исключено. Это секретная информация. Он не мог знать об этом заклинании, - стал уверять Гюнтер.
Драко подошел к Гермионе и, посмотрев на Гарри, ледяным тоном отрезал:
- Он знал. Я лично ему рассказал про это заклинание. Проверяйте, - но, не увидев реакции, властно произнес: - Это приказ!
Палочка выпала у Гюнтера из рук, но, подняв ее, он, все же, направился к гробу.
- Мистер Гюнтер, скажите нам, что должно произойти? - заинтересовано спросил министр.
Сглотнув, тот ответил дрожащим голосом:
- Если мистер Поттер на самом деле запечатал душу этим уникальным заклинанием, то после моих действий вокруг него появится фиолетовое свечение. В противном случае ничего не произойдет.
Мистер Лавгуд кивнул, и Гюнтер стал нараспев читать длинное заклинание. В конце он приложил кончик палочки к сердцу Поттера и, продержав ее так несколько секунд, несильно ударил кончиком по груди и отступил на шаг. Ничего не произошло и сердце Драко, казалось, остановилось. Это было еще больней. Получить надежду и тут же ее потерять. Гюнтер глубоко вздохнул, но уже через секунду подавился воздухом от удивления и вымолвил:
- Он живой.
Вокруг Поттера плотным кольцом возникло светло-фиолетовое свечение. Малфой расплылся в улыбке и прошептал лишь одними губами:
- Гарри...
Но не успел он шагнуть к возлюбленному, как Гюнтера оттолкнули, и тот упал к его ногам. Драко отвлекся, протягивая профессору руку, а в это время подлетевшие к телу Поттера Джинни и Рон аппарировали в неизвестном направлении. Вместе с Гарри.
* * *
Выйдя из камина, расположенного в кабинете Малфой-Менора, Гермиона отряхнула мантию и задумчиво посмотрела на владельца поместья, сидящего за антикварным письменным столом и небрежно побалтывающего янтарной жидкостью в хрустальном стакане.
- Здравствуй, Малфой, - нарушила она, наконец, тишину.
- Здравствуй, - ответил Драко и откинулся на спинку кресла.
- Есть новости? - спросила девушка, присаживаясь в кресло.
- Ни одной. Они словно сквозь землю провалились. Их нигде нет. Свои палочки они выбросили. И никто и нигде их не видел. Совершенно ничего. Подключили всех авроров и невыразимцев, но все без толку. Не понимаю, куда можно было так исчезнуть, чтобы уже месяц было невозможно их найти? По-моему, так прятаться не умел даже Волдеморт, - горько усмехнулся Малфой. - А у тебя что-то есть?
- Нет, - с сожаление выдохнула Гермиона. - Рон больше не появлялся. В семействе Уизли никто ничего не знает, - увидев гримасу Малфоя, она добавила. - Я проверила их с помощью веритасерума, так что они точно не в курсе.
- Да они ж угробят его и все, - тихо, но злобно, сказал Драко. - Они даже не знают, что это за заклинание. А уж про то, как его оттуда вытащить - и подавно.
- А ты знаешь?
- Точно нет, но имею предположения, - задумчиво ответил блондин. - Гарри слышит все, что происходит вокруг, и реагирует на это. Но запечатанная душа не рвется вернуться к жизни, и ее нужно заставить вновь заполнить тело. Можно сказать, ей надо дать силу и стимул для того, чтобы вернуться.
- У тебя есть такой стимул?
- Да, - резко ответил Драко, и Гермиона не рискнула спросить какой.
С минуту они сидели в тишине, думая каждый о своем, но молчание было прервано звуком открывающейся двери и голосом Горация:
- Драко, Скорпиус отказывается пить молоко, плачет не переставая и его никто не может успокоить. Может, ты попробуешь?
Малфой подошел к дяде и взял из его рук крохотного ребенка, который сразу же перестал плакать. Драко поцеловал сына в нос и по комнате сразу разнесся негромкий детский смех. Взяв бутылочку, он поднес ее к детским губкам, которые сразу же жадно обхватили соску. Молодой отец заворожено смотрел, как порхают светлые ресницы и маленькие пальчики несильно хватаются за его мизинец. Еще раз склонившись над ребенком, он поцеловал своего наследника, и в этот момент услышал вопрос Гермионы, которая, похоже, только теперь смогла отойти от шока.
- У тебя есть ребенок, Малфой?