И все же настал момент, когда Тихону пришлось рассекретить свою фамилию перед любимой девушкой. А иначе было нельзя: молодые люди решили подать заявление в загс. В тот день Чекушкин без лишних слов раскрыл свой паспорт и протянул его Глаше. Она всего лишь на миг заглянула в документ и тут же разразилась заливистым смехом. Парень густо покраснел, и совсем собрался обидеться и уйти, но девушка удержала его, раскрыв в ответ свой паспорт. Прочитав написанное в нем, Тихон и сам не удержался от хохота. Фамилия любимой была-Кефирова.
Поначалу молодая семья жила не лучше, но и не хуже других. Тихон работал кладовщиком на фабрике по производству фанеры. Глафира же полностью отдавалась науке, готовясь к защите кандидатской диссертации. Детей заводить не спешили. Решили встать на ноги, добиться личных достижений, улучшить благосостояние семьи, а уж потом… Но как часто случается в нашей жизни, «потом» отчего-то откладывается На неопределенный срок. Так произошло и с Чекушкиными.
Первой причиной стал «тихий алкоголизм» Тихона, по поводу которого он сам и шутил:
— У меня не спирт в крови, а кровь в спирте.
Незаметно для окружающих и для себя Чекушкин втянулся в процесс: «выпил — уснул — проснулся — опохмелился — отработал смену — выпил — уснул…» Естественно, в такой цепочке совсем не было места для личной жизни.
Погруженная в химические формулы, Глафира некоторое время просто не задумывалась о том, к чему это может привести. А когда поняла, то было уже поздно. «Надо бороться за мужа, а не за будущих детей», — решила она. Но поскольку обращаться к врачам или в милицию по уже вышеперечисленным причинам Глаша считала бессмысленным, то способ борьбы она выбрала собственный и весьма оригинальный.
Защитив диссертацию по химии, Чекушкина взяла новую Тему для научных исследований: «Обратная катализация Спиртосодержащих продуктов». Суть ее сводилась к попытке получения из водки и других алкогольных напитков исходных составляющих — чистой воды, сахара, свеклы, тростника, картофеля, винограда и далее по списку. Открывающиеся перспективы и возможные результаты этого проекта ошеломили молодую ученую.
«Ведь я не только Тишу спасу. Я помогу многим. Я смогу, наконец, избавить мир от пьянства», — размышляла Глаша, засиживаясь допоздна в библиотеке за трудами Менделеева и других великих химиков и естествоиспытателей. Мысли о забрезжившей вероятности получения Нобелевской премии перекрывались более патриотичными мыслями об обеспечении родной страны дополнительными продуктами питания.
— Посудите сами. — доказывала она коллегам. — сколько бессмысленной и вредной жидкости хранится вокруг, в то время когда в магазинах дорожает сахару а на полях не всегда удается сохранить картофель… А тут в. любом момент можно планировать гарантированное получение «того» и другого».
В ответ собеседники лишь молча ухмылялись, тактично отводя взгляды. Одни считали Чекушкину забавной чудачкой, другие — почти сумасшедшей на почве проблем с мужем, а третьи знали» что с ней спорить бессмысленно, настолько она уверовала в собственную идефикс, и не принимает никаких и ни чьих контрдоводов.
Это была вторая причина отсутствия в семье Чекушкиных детей. И если хоть изредка, но Тихон все же бывал «сухим» и вменяемым и мог исполнять свой супружеский долг, то его жеыа в эти мгновения, к великому его сожалению, находилась то в читальном зале, то в лаборатории. Причем подобные несовпадения возникали в любое время суток. Немудрено, что общение мужа и жены вскоре фактически свелось к нулю.
Бороться с одиночеством Тихон умел только одним способом. А чтобы возросшие объемы возлияний не сказались на семейном бюджете, он перешел на самую дешевую местную водку, которую выпивохи иначе как «сучком» никогда не называли, поэтому упрекнуть его в транжирстве жена не могла. Преодолевать же отвращение к запаху и вкусу «сучка» Чекушкину помогала любимая песня Высоцкого со словами «…если б водку гнать не из опилок…»
Глафира тем временем успешно продвигалась по пути получения заветного препарата для обратной катализации спирта.
Справедливости ради стоит отметить, что первые, промежуточные результаты оказались, мягко говоря, не совсем удачными: да после завершения всех лабораторных процедур на выходе, образовывалось некое картофельно-свекольное пюре, то останемся несъедобный изюм, то вообще какая-то непонятная субстанция. Но игра стоила свеч, поэтому Глаша не расстраивалась и с еще большим упорством продолжала свои опыты.