В конце июля политотдел пароходства обратился к речникам Нижней Волги с письмом. В нем говорилось о большой опасности, нависшей над Сталинградом, и выражалась уверенность в том, что «не дрогнут и не отступят речники-сталинградцы, воспитанные на славных боевых традициях участников обороны Царицына. Город-герой при боевой поддержке речников-патриотов может и должен выдержать все испытания». В письме подчеркивалась главнейшая задача речников: «Ни в коем случае не дать врагу ни на минуту остановить движение транспорта по реке. Волга должна быть и будет важнейшей артерией, питающей фронт всем необходимым».
Это письмо, повсеместно обсужденное коммунистами, комсомольцами, всеми речниками, стало для них боевой программой действий. Волгари, воодушевленные любовью к Родине, лютой ненавистью к врагу, вершили чудеса героизма.
Огромную роль в мобилизации водников на славные трудовые и ратные дела сыграли комиссары — активисты береговых партийных организаций, присланные на суда. Личным примером и словом они воспитывали речников в духе высокого патриотизма и бдительности, всемерно крепили трудовую дисциплину.
Катер «Вторая пятилетка» работал на самом ответственном участке реки — переправе. Команда доставляла боеприпасы и пополнение защитникам города, вывозила отсюда раненых воинов и эвакуированных жителей. Действовала она умело и отважно.
Душой коллектива здесь был комиссар — бывший заведующий машиностроительным отделом горкома партии В. И. Егоров. Он всегда находился среди людей, в минуты досуга знакомил их со сводками Совинформбюро, рассказывал о героях фронта, о самоотверженном труде героев тыла.
С. Ф. Осипов.
В опасные моменты Василий Иванович сам брался за дело, увлекая за собой экипаж. Однажды ночью катер попал под сильную бомбежку. Осколками бомбы смертельно ранило капитана В. А. Кадомцева.
Погиб на боевом посту и комиссар Егоров. Он посмертно удостоен ордена Ленина.
Комиссары всегда и всюду были впереди. Пароход «Грозный» подвергся бомбежке, резко накренился. В машинное отделение хлынула вода. Вот-вот судно затонет. В машинное отделение бросился комиссар тов. Семанин. Находясь по грудь в ледяной воде, он пробрался к запасному ящику, через отверстия которого хлестала вода, и закрыл их. После откачки воды из корпуса пароход остался на плаву и продолжил рейс.
Таких примеров было множество. Об авторитете комиссаров среди водников довольно убедительно говорит такой хорошо известный мне случай. М. А. Горшенина, который был комиссаром на пароходе «Моряк Матюшенко», потребовалось перевести на береговую работу. Узнав об этом, команда судна написала в политотдел пароходства целую «петицию» с просьбой не отнимать у них комиссара, к которому она привыкла, словно к родному отцу…
Бои за город ожесточались с каждым днем. Угроза Сталинграду нарастала. Но еще мужественнее сражались его защитники. Вместе с ними боевую вахту отважно несли и речники.
День 23 августа на всю жизнь запомнился сталинградцам. Тогда сотни самолетов налетели на город, сбросили на него тысячи килограммов смертоносного груза. Пылал Сталинград, окутанный облаками едкого дыма. Горело буквально все: жилые дома, причалы, лабазы. Взрывались железнодорожные составы с боеприпасами и горючим.
Огонь объял даже воду. Собственно, горела не вода, а нефть, разлившаяся по ней. Но издали казалось, что пылала сама Волга.
В этот день особенно суровое испытание выпало на долю команды пожарного парохода «Гаситель». Возглавляемая опытным капитаном, старейшим речником П. В. Воробьевым, она мужественно сражалась с огнем. Двое суток, без единой передышки, действовала команда, устраняя наиболее опасные очаги пожаров на Волге и на берегу. Пожарники потемнели от копоти, некоторые из них были ранены или сильно обожжены.
После того, как основные пожары были ликвидированы, «Гаситель» превратился в транспортное судно. Команда перевозила на правый берег людские пополнения, боеприпасы, снаряжение; на левый — раненых воинов, женщин, детей. Самолеты противника вели постоянное наблюдение за Волгой. Их привлекало малейшее движение. Когда «Гаситель» выходил из затона с очередной партией оружия, на него спикировали самолеты. Судно вздрогнуло от взрывов. Замертво пали на палубе механик Ерохин и кочегар Соколов. Четверо были ранены. Пароход получил множество пробоин, вышло из строя рулевое управление. Команда бросилась устранять повреждения. Пробоины забили деревянными штырями, исправили рулевое управление. Десятки рейсов совершил экипаж «Гасителя». И каждый из них был равен настоящему бою.