- Нужно идти...
Зачем оттягивать то, что неизбежно. Лучше сразу оборвать все, пока еще не больно... Хотя, уже поздно.
Райли надел на меня свою куртку в очередной раз и повел за руку из дома. Мы шли молча и медленно, прислушиваясь к скрипу снега под ногами. Он долго вел меня по туннелю, скрытому в одной из пещер. Я не следила за дорогой, доверившись Райли. И меня убивала мысль, что сейчас мы расстанемся. Что я проснусь следующей ночью, а рядом не будет светящихся глаз.
Мы шли, наверное, больше часа. Наконец, Райли остановился перед большим проходом в скале, за которым был виден яркий дневной свет.
- Здесь начинается Ильгардия. Поселений там много, но, боюсь, большинство жителей теперь у нас в заложниках... Но на границе постоянно патрулируют солдаты, так что тебя быстро найдут. Да и флайкары часто летают... Там тепло, у тебя дома...
Я посмотрела на проход, ведущий домой, куда я так стремилась, а потом подняла глаза на Райли. Сердце защемило, и глаза защипало от накативших слез.
- Спасибо тебе... за все, - прошептала, дотрагиваясь до его груди.
Райли обнял меня крепко-крепко и прошептал:
- Илис... принцесса моя... Пожалуйста, поцелуй в последний раз... Поцелуй, словно... словно любишь меня.
- Не могу...
Если я так сделаю, боюсь, что не смогу уйти.
Райли чуть отстранился, отвернувшись, склонив голову. Я сняла свою цепочку с кулоном, подаренную матерью, и надела ему на шею, быстро дотронувшись губами до его щеки.
- На память, - шепнула я, а потом развернулась и пошла к свету.
- Илис!
Я замерла на месте, но не обернулась. Не могла заставить себя взглянуть на него в последний раз.
- Я ошибался... Ангелы существуют даже на земле.
Чужие среди своих
Я отключила мысли и приказала самой себе не чувствовать. Если бы хоть на секунду обернулась, позволила себе осознать, что принц остается там, за невидимой границей... Нас разделял не только полог, но и множество условностей, предрассудков, а еще угроза войны. Для всех моих родных Райли был врагом, бесчувственным мутантом, который не заслуживает уважения. Кем он был для меня? Я бы не могла описать словами, потому что никогда не чувствовала подобного. А теперь мне хотелось закрыться, не думать, не ощущать, чтобы избежать боли. Я ведь возвращалась домой, я ведь так этого ждала, так хотела...
Мелкие камни больно кололи ноги, и даже подошвы ботинок не защищали. Было жарко и душно, просто невыносимо... Так непривычно смотрелось ярко-голубое небо, не скрытое оранжевым стеклом, а солнечный свет нещадно резал глаза. Так захотелось прохлады и приглушенного света, к которым так привыкла за последние дни. У меня кружилась голова, а в теле появилась такая слабость, что в пору было упасть и желательно больше никогда не подниматься. Я шла вперед, не разбирая дороги, даже не соображая, куда направляюсь. Под ногами появилась мягкая зеленая трава, вид которой почему-то раздражал.
Кажется, я остановилась передохнуть немного, а в итоге отключилась. Когда открыла глаза, увидела склонившихся надо мной солдат из приграничного патруля. Меня подняли и куда-то повели, что я осознавала уже с трудом. Очнулась в штабе, где надо мной суетился капитан, который являлся частым гостем на балах, а потому прекрасно знал меня в лицо. Мне дали воды, накормили, и стало намного лучше. Потом из столицы прилетел флайкар, и я, наконец-то, отправилась домой. Пока летели, удалось выяснить у капитана, что в Ильгардии объявлена всеобщая мобилизация. Все силы стягиваются к границам, и командиры ждут приказа о проведении операции по освобождению заложников, так как сангрионцы отказываются идти на уступки. Я с горечью подумала, что и мой собственный отец не уступает королю Говарду в упрямстве. Защитный полог вот-вот будет разрушен окончательно, и тогда мутантам ничего не останется, кроме как сдаться. Почему-то военное руководство было твердо уверено, что сангрионцы не смогут противостоять нашей армии.
Во дворце, естественно, поднялся переполох. Все вокруг суетились и охали, чем ужасно раздражали. Создавалось такое ощущение, будто я восстала из мертвых. Меня уже мысленно похоронили и придумали тысячи мучительных пыток, которым меня якобы подвергли злобные мутанты. Марта без конца причитала, вытирая слезы передником, гладила меня по голове и беспрестанно поправляла одеяло. Отец едва не задушил меня в объятьях и все просил прощения за то, что не уберег. Амарис сидел рядом и все не мог насмотреться на меня, совсем как... Я плакала, и отец, конечно, растолковал это по-своему.
- Что они с тобой сделали, милая? Твари... Я сотру их с лица земли! Марта, поторопи уже доктора!
Горничная пулей вылетела из комнаты.
- Папа, со мной все хорошо, - проговорила, хватая отца за руку. - Успокойся, пожалуйста...
Доктор осмотрел меня, но никаких отклонений в здоровье, кроме переутомления и последствий пережитого стресса, не нашел. Однако родных это совсем не убедило. Папа углядел почти зажившие порезы на руке, повязку на ноге, которая уже совсем перестала болеть, и вновь вышел из себя, грозя сангрионцам всеми карами.
- Папа, перестань! - выкрикнула я, рывком садясь в кровати. - Выслушай уже меня, наконец! Мне ничего не угрожало в Сангрионе, пока не отключился полог на плато Сурьян!
В комнате повисла тишина. Доктор молча покидал инструменты в чемоданчик, и они с Мартой ретировались под грозным взглядом короля.
- Я же говорил тебе, - буркнул отцу Амарис и взял меня руку. - Илис, милая, как ты попала на плато?
- Брат короля Говарда, младший принц... помог мне вернуться домой.
- Младший принц? - переспросил отец. - Он... что он сделал?
- Говорю же, помог мне!
- Илис, принц... не обидел тебя? - вкрадчиво спросил Амарис.
Да что они со мной, как с маленькой? Пришлось пересказать краткую историю моего пребывания в Сангрионе.
- Они за все ответят, - прошипел отец. - Чертовы мутанты! Я поставлю на место этого выскочку-короля...
- Папа, ты меня не слушаешь! - воскликнула я. - В Сангирионе все не так, как мы привыкли думать! Там живут такие же люди, как и мы, а силверины вовсе не бесчувственные мутанты, как все считают...
- Они удерживают десятки ильгардинцев в заложниках!
- Заложники живы, и с ними хорошо обращаются. Скажи мне, папа, чем ты отличаешься от короля Говарда? Ведь ты приказал испытать это свое новое оружие на плато Сурьян? Ты ведь знал, кого выпустишь оттуда?
- Илиссандра, ты забываешься!
- Я бы уже давно вернулась домой, если бы не твой эксперимент! Я могла погибнуть, понимаешь? А Райли меня спас!
- Наверняка, у этих мутантов были свои планы на твой счет...
- Папа! Пожалуйста, я очень тебя прошу, не ввязывайся в эту войну, ведь наверняка все можно решить мирным путем. Ты старше и мудрее, пойди на встречу...
- Ты ничего в этом не понимаешь, Илиссандра!
- А ты понимаешь? - не выдержала я. - Ты ведь знаешь правду? Расскажи, откуда взялись силверины? Что это за кристалл?
Отец побледнел и опустил глаза, будто лихорадочно соображая, что ответить.
- Что бы ни было в прошлом, - медленно начал он. - Это уже не имеет значения. Мутанты заслужили все, что с ними стало. А ты еще слишком молода, чтобы судить об этом...
- Папа, я прошу тебя!
- Ты стала другой, совсем другой... - прошептал король. - Я тебя не узнаю.
Отец вышел из комнаты, громко хлопнув дверью. Амарис остался рядом, по-прежнему держа меня за руку и смотря с беспокойством.
- Ты тоже осуждаешь меня? - спросила с вызовом.
Брат подвинулся ко мне, обнял за плечи и поцеловал, ласково потрепав за щеки, совсем, как в детстве.
- Илис, милая, выслушай меня, - тихо сказал он. - Ты еще так молода, неопытна...
Я напряглась, уже примерно догадываясь, к чему он ведет.