- Да? - удивился маг.
- Как вам удалось уйти от взрыва? - спросил рыжий. - На чтение заклинаний ведь нужно время. И песок вы не доставали. Это какая-то хитрость?
- Вроде того, - ответил благодушно мастер Балтос. - Вот эта вещица нас всех спасла.
И он, с совершенно серьезном видом, положил на стол небольшой, сморщившийся каштан. Рем опешил, не понимая, шутит маг или нет, но тот пояснил.
- Это подарок. От Жиля дэ Энда.
- От разрушителя мира? - ошарашенно застыл Рем. - Но...
- Тебе ли не знать, что слухи частенько расходятся с правдой, - хмыкнул мастер Балтос. - Хотя вряд ли все же можно считать это подарком. Жиль просто хотел сделать для меня защитный амулет и взял первое, что повернулось под руку, да еще и так спешил, что перестарался. В результате получилась очень полезная вещица, не находишь?
Рем закивал и уставился на каштан как на драгоценный камень. Жиль дэ Энд был хрустальным ангелом, сильнейшим магическим существом во всем внутреннем мире. Поговаривали, что он был другом Спящего и обещал уничтожить мир когда-нибудь. По мнению Рема, он сидел где-то там, на самом краю света, и вынашивал свои злодейские планы. Теперь же рыжий подумал, что Деокрис не зря недавно примерял его крылья. Они действительно могли быть очень похожи.
- Ну все, хватит разговоров, - самый белый маг выпил очередное зелье и потрепал рыжего по волосам. - Сиди смирно и молчи. Мне нужно прочитать еще парочку заклинаний.
Акт 3. Совсем другие люди (9)
- Ты сегодня в хорошем настроении, - заключил Деокрис.
Рем, улыбаясь во весь рот, сидел на подоконнике в приемной королевского дворца и мотал в воздухе ногами. Настроение у него и правда было самое наилучшее. Призрак бесполезности, беспомощности, маячивший перед его носом последние дни, истлел в лучах радости. Вот вроде мастер Балтос ничего ему такого особенно радостного и не сказал - напротив, нагрузил проблемами Деокриса. Однако Рем после этого разговора как никогда чувствовал, что в его существовании есть четкий смысл.
Смысл заключался в том, чтобы оттаскивать своего лучшего друга от черной собаки.
Впрочем, Део, явно заразившись от него улыбкой, умирать слава Спящему не собирался. Напротив - он тоже с утра все улыбался, будто им не нужно было идти на аудиенцию к самому королю. Рем вот нервничал. Пусть они пришли к его величеству только для того, чтобы он при помощи своей универсальной печати одарил рыжего меткой бездны, но встречаться с самым главным человеком на континенте было боязно.
Потому, оказавшись в комнате ожидания перед тронным залом, рыжий для успокоения нервов уселся вместо золоченого дивана на подоконник. Деокрис его нежелание сидеть на слишком дорогой мебели разделил, и пристроился рядом, теребя в руках неизвестно откуда взятое белое перышко.
- Ты тоже улыбаешься, - поддел друга Рем. - Что-то хорошее случилось?
- Ну да, - кивнул Део. - А ты сам не понимаешь?
- Неа. Я глупый, если ты еще не понял.
- Не наговаривай на себя. Ничего ты не глупый. Просто еще не влился в эти их сложные заговоры и политические игры.
- А ты? - спросил Рем. - Ты влился?
- Ну... - протянул маг. - Как тебе сказать. Я просто много подслушивал чужие разговоры. И учителя, и мастера Балтоса, и других умных людей. Вот и нахватался. К тому же учитель всегда говорил, что для победы над любым врагом мало силы. Нужно еще и знать о нем как можно больше.
- Здраво, - согласился Рем. - Так, раз я пока не разобрался, объясни, а, что тебя так порадовало? Кто виновник? Я его поймаю, руку пожму.
- Придется тебе руку жать самому себе, - весело фыркнул Део.
Рем решил, что слов на ветер кидать не стоит, и сам правой рукой пожал себе левую. Маг на это фыркнул еще громче, прикрыв рукой рот. Плечи у него задрожали от еле сдерживаемого смеха.
- Чего я такого сделал? - осведомился Рем.
- Добился расположения главных людей континента, - ответил Део. - А заодно заставил меня перестать волноваться. С такой защитой, какую они на тебя навесили, ты можешь в одиночку на обсидианового монстра идти запросто. Даже если ранят - выкарабкаешься.
Сказать на это Рему было нечего. Он дернул плечами и спрыгнув с подоконника посмотрел на большую белую дверь, украшенную двумя позолоченными солнцами.