- О том не волнуйся, они в другой стороне, да и заняты будут, - тут бородатый скривился, как от зубной боли. Видимо, родство с Каем и ему не в радость.
Но мне до его душевных терзаний не было дела. Все, что надо и даже больше, узнала. Наскоро распрощавшись с гордой горной дубиной, побежала в указанную им сторону. Скоро этак в спортсменку превращусь. Бегаю в последнее время больше, чем за последних десять лет.
Спустя полчаса и впрямь по прямой дороге, завернула на обочину. Эльфяка, скорей всего, держал меня за городом. Потому что за время пути не увидела ни домов, ни ушастого народа.
Развалившись на траве, стала размышлять на тему - надо ли идти искать героя не только моего романа или честно бежать к людям. Что-то тревожило, не давало уйти.
Может, гордость восстала из праха? Не знаю. Но не люблю недосказанности.
Решено.
Найду молодожена. Пожелаю счастья, плюну в лицо, нет, это опустим. Расскажу про его нового родыча и попрошу переместить если не домой, то хотя бы к людям.
Постаралась представить себя в образе взрослого эльфа и пошла обратно, но не по дороге, а между деревьев. Благо, росли они не хаотично и были ухожены, ветви не мешали. По-моему, это вообще был чей-то сад.
Заодно позавтракала или пообедала фруктами. Некоторые уже ела с Каем...Сердце защемило от воспоминаний...Ничего, не впервой, от неразделенной любви не умирают.
Шла, не разбирая дороги и направления. Главное, что в сторону города.
Брела, пока не увидела их.
Так вот чей это был сад! А наглости бородочу не занимать. Может Кай и в курсе всего? А я иду такая героиня глаза открывать...
Засела в кустах неподалеку. Что за жизнь пошла? То по колодцам сижу, то по кустам. Зато природа кругом. Красотень. Вон, на кустике гнездо какой-то птахи, семейное гнездо, с яичками в крапинку.
И за кустом разыгрывалась семейная идилия: златовкаска восседала на резной качели, хохотала своим хрустальным смехом, а Кай, тоже радостный и счастливый, ее раскачивал.
Вытерла опять вылезшие без спроса и до чертиков надоевшие слезы. Меня значит тупо на кровать и без ухаживаний...
Не хотелось уже ни разговоров по душами, ни помощи его. Ничего.
Но и уйти не могла. Пригвоздило к земле.
Наблюдаю, как он подхватил ее на руки, закружил. Легким, невесомым поцелуем коснулся ее почти коралловых губ. Отвел к столику с едой и напитками.
Слов не разбирала из-за гула в ушах, а, может, сердце своим стуком все заглушало.
Зато слезы пропали. Кончились наконец-то.
Как киноролик, а не реальность, смотрю на самого красивого мужчину в мире, так и не ставшим моим, как он развалился на покрывале и закрыл глаза. А молодая жена мастерит бутерброды и...стоп, а чего это она из перстня своего помидорки или что-то типо того, посыпает? Вряд ли солью.
"Кай!" - мысленно кричу я. "Открой глаза!"
Но он не слышит. А прекрасная с..супруга уже присела рядом и предлагает угощение.
Забыв обо всем на свете, и то, что вроде как мне пофиг, выхожу, нет выбегаю из своего укрытия и уже вслух выкрикиваю имя.
Он резко, прямо из положения лежа, оказывается на ногах. А через мгновение обрушивается оглушающая тишина.
Я же, все еще по инерции пытаюсь бежать, но оказываюсь прижата к сильному, почему-то все же любимому плечу. Его сердце стучит гулко и ровно. Это так успокаивает. Поднимаю глаза, боясь увидеть гнев, разочарование, что угодно.
Но встречаюсь с улыбкой. И не такой, которой он улыбался жене. Нет. Она в тысячи раз теплей и нежней. - Кай..., - только и могу прошептать.
- Лиза, девочка моя глупая. Где ты была? Я сутки достучаться к тебе не мог, почувствовать тебя.
Ответить не дал. Поцеловал сначала нежно, а потом яростно, почти до боли, стирая из памяти последние полчаса, доказывая свое право. Но не доказал. Вырвалась. Отпрыгнула. Взяла себя в руки. Я ли не спортсменка?
- Меня в колодце держал родственник твой новый. Назвался братом златовласки. Поздравляю, кстати, - выпалила, - А супруга дражайщая яда в бутербродик веганский подсыпала. От любви наземной, скорей всего. Ты б ее на курсы кулинарные отправил что ли.
- Елизавета, не надо. Я знаю, что тебе обидно. Но это не оправдание клеветы. У нас политический брак. Он нужен мне. Неизвестно от чего, но я теряю силу. И ты даже не представляешь, как стала мне дорога. Очень, - протянул руку, приглашая в обьятия.
Ага. Она была ему так дорога, что он нашёл подешевле...
Стояла и молча смотрела на свою последнюю в жизни любовь. Отныне тоже все по расчету. А скорее всего, вообще никак. А силы он и прямь теряет, если через поцелуй ничего не увидел...Да и Бог с ним, или кто тут у них.