В итоге моей добычей стали ещё пять золотых слитков по 100 грамм каждый, припрятанных хозяином в своей спальне, а в имеющемся гараже оказалась ещё одна машина, которую я уже не стал трогать и два автомата с патронами а даже парочкой гранат. Пакет пришлось поменять на найденную сумку, куда я сложил всю свою добычу. От оружия избавлюсь - нечего его оставлять во владении преступников, а из денег и золота сделаю свой собственный клад, а то, боюсь, если оставлю сокровища дома, то эти бесчестные антисоциальные элементы могут меня ограбить, ведь в прошлый раз они легко проникли в мою квартиру. Надо будет дверь понадежней заказать, тем более и деньги лишние появились.
Подойдя к воротам и отодвигая щеколду, услышал звук подъезжающего автомобиля. Открыл дверь и почти нос к носу столкнулся с выходящими из такси ожившими покойничками, которые добрались до дому с круга возрождения. Они встали, угрюмо за мной наблюдая и не предпринимая никаких попыток меня задержать. Видимо последний урок был ещё достаточно свеж в памяти. Вовремя они мне попались, подумалось мне, как раз и возможность появилась успокоить людей. И я обратился к их главарю.
- Я там, как и договаривались, небольшую компенсацию прихватил. Так что теперь всё в порядке, не переживайте, у меня пока никаких претензий нет. Надеюсь больше не увидимся.
- Вы свободны? - обратился я к таксисту.
Тот согласно кивнул и я залез в машину, провожаемый злобными взглядами гоп-компании. Это они ещё внутри не были, а то бы их взгляды были бы злобно-яростно-прожигающими. Приветливо напоследок улыбнувшись таким жирным мобам, я умчался на сверкающем авто в сторону заката.
Отступление
Виктор Степанович, как уважительно называли его сейчас, или просто "Бита" в прошлом, залпом осушил бокал коньяка и в ярости швырнул его в стену. Разлетевшиеся от удара осколки ещё осыпались на пол, когда он потянулся за вторым бокалом, собираясь принять ещё одну дозу успокоительного.
С самого начала всё казалось продуманным до мелочей - усыпить терпилу, привезти в подвал и хорошенько его обработать, а там и до вожделённых игровых ништяков добраться.
А ведь он сразу заподозрил неладное - не те у фраерка были глаза, совсем не те. Разных он встречал людей на своём пути, бывало и шутили, и хорохорились до последнего, но вот глаза их выдавали - были в них страх и отчаяние, пусть и в самой глубине, но видна там была безнадёга. А этот не так глядел, скорее его взгляд был похож на тот, которым сам Бита смотрел на своих клиентов - оценивающий, прикидывающий что можно поиметь на этот раз. Все чувства вопили - что-то не так, но ведь не стал он прислушиваться, а ведь зря.
Как и предупреждал гадёныш, репутация скакнула вниз. Характеристики после смерти уменьшились, а вернуть - это только в игрушки их играть. Не солидно ему в его положении по подвалам шляться, за крысами бегая, да и с его репутацией побегать придется дай боже. И умирать никак нельзя - видел он, что происходит с теми, кто теряет характеристики. Немощные идиоты, пускающие слюни, вот во что они превращались перед окончательной смертью. Ваня Беспредельщик таким и стал, когда совсем загнал репутацию вниз как он думал безнаказанными убийствами. Лучше уж было бы по простому умереть, сразу, да и не мучиться. А ведь намекали ему кореша, вспомнил Бита, не лезть к игрокам - ходили слухи что не кончается это добром. Вот и получилось - польстился на барыши, а в результате сам оказался овцой для стрижки.