— У меня будет к вам много вопросов, когда мы закончим, Таркин, — процедил Галеен. — Какого ситха половина кристаллов оказалась не заключена в кортозисные клетки? И почему реактор ещё не взорвался, если они не заключены? Если хоть половина приборов мне не врёт, это вообще не кайбер!
— Какие угодно вопросы, — любезно разрешил Таркин. — Только после того, как вы найдёте способ усмирить эту милую кошечку, чтобы она не так громко мяукала. Если не найдёте, вам мои ответы уже не понадобятся. Потому что вопросы будет задавать Император.
— Чтобы успокоить кошечку, нужно спеть ей песенку, — вмешалась Ашла. — Я так всегда делала.
Таркин задумался. Сила датомирской ведьмы в сочетании с мышлением силикоида, который, как теперь понятно, является потомком одичавшего шарда… возможно и получится достучаться до взбесившегося артефакта. Но…
— Слишком далеко. «Исполнительнице» до Объекта лететь не меньше двенадцати часов, даже если я дам вам координаты и допуск. А у нас… — он запнулся.
— Полтора часа. В самом лучшем случае, — хмуро сказал Галеен. — Подождите… оно… Выравнивается!
Теперь Таркин и сам это видел. Энергопотребление пошло на спад. Задача была успешно решена. Ответ уже присутствовал в голове Аккорда.
Только не думать об этом… не думать об Избранном и всей остальной мифической чепухе… не думать о судьбах Галактики… не сейчас. Малейший вопрос на эту тему, который он задаст сам себе, может стать причиной новой цепной реакции. Непонятно, какое чудо случилось, но вряд ли оно повторится.
Уходить нельзя… Это будет слишком непохоже на его обычное поведение, настоящий Таркин ни за что не покинул бы Объект после такой аварии… он бы всё на уши поставил, но выяснил причину. А сейчас он в положении того прокурора из анекдота — который так лихо развернул следствие, что вышел сам на себя. Ближайшие несколько дней ему предстоит самое бессмысленное, самое нелюбимое (что Таркином, что Аккордом) и самое нужное сейчас занятие — имитация бурной деятельности. Нужно создать информационное прикрытие, объяснить всем, что тут случилось, и почему оно не случится снова… таким образом, чтобы никто не понял, что тут случилось на самом деле, и почему оно вполне может случиться снова.
Но для начала самому нужно это понять. Причём понять, НЕ обращаясь к шарду. Реально ли это вообще — ни разу не подумать о белом вуки? Есть небольшой шанс, если продолжать думать как Таркин, а не как Аккорд. Землянин чересчур привык воспринимать эту кристаллическую глыбу как неотъемлемую часть себя.
— В общем так. Я сейчас пошлю за тобой, Ашла, самый быстрый корабль, какой есть в моём распоряжении. Постараемся продержаться до твоего прибытия.
— Продержаться? — оба клона, несмотря на почти троекратную разницу в биологическом возрасте, взглянули на него с абсолютно похожим выражением лица. — Но Таркин, сейчас всё уже почти в норме. Есть некоторые остаточные возмущения, но с ними мы уже справимся… Вы думаете, эта авария может…
— А вы сами как думаете? — зло посмотрел на них Таркин. — Мы не знаем, какую задачу оно решало… и как скоро ему попадётся следующая подобная задача. В самом лучшем случае — нам понадобится эксперт, способный это выяснить.
— Не проще ли вскрыть оболочку реактора и посмотреть, что там наворотили до нас?
— Нет, не проще, Гален, и вы это прекрасно знаете. Вскрытие, а затем повторная сборка задержат строительство по меньшей мере на полгода! За это ни меня, ни вас по головке не погладят! В ваших же интересах — доказать, что этот сбой исправим чисто программными средствами. Даже если это не так.
Клоны мельком переглянулись, но опытному интригану этих мимолётных косых взглядов и промелькнувшего на миг выражения триумфа хватило. Таркин понял, что выбрал неверную линию аргументации. Смерти они не боялись, Таркина и Объект ненавидели, унаследовав эти убеждения от своего оригинала. Если возможно саботировать строительство, да ещё и гранд-моффа на этом подставить… Галена Эрсо казнить всё равно не осмелятся, пока не заработает суперлазер. А осмелятся — тем лучше, значит он не заработает никогда.
— Поясняю, — он не стал добавлять «для идиотов», но интонации голоса это с лихвой окупали. — Если строительство Объекта будет провалено, меня, конечно, казнят, причём весьма эффектно, одним расстрелом не обойдутся — и я прекрасно понимаю, как это вас порадует. Но перед этим меня ещё и допросят. Следователи Империи своё дело знают, и я выложу всё, что знаю, и даже то, чего, как мне кажется, я не знаю. В том числе — где сейчас находятся Лира Эрсо и Джин Эрсо. Да, я предоставил им свободу, но это не значит, что прекратил следить. И уж поверьте, Кренник таким добрым не окажется. Как и любой, кого назначат на его место.