Да, отличный план. Так и надо сделать.
Посредством Формовщика Воин сотворил мёртвое тело, неотличимое от покойного Императора. Собственно, это в некотором смысле оно и было — разъятое на молекулы неделю назад, но теперь скрупулёзно восстановленное обратно. Ни один инструмент здешней науки не отличит его от оригинала. Отхватив мертвецу голову Растворителем, Воин включил тревогу, по которой через пару секунд прибегут в покои его телохранители — Императорские гвардейцы. Сам же, посредством Бегуна, выскользнул в окно за неуловимое мгновение, так что лучшие камеры не смогли бы зафиксировать его движение (если бы они тут были — но Император дорожил своей частной жизнью). После чего, приняв свой любимый облик крылатой чёрной химеры, мощными взмахами крыльев устремился к звёздам. Точнее, к одной звезде, по имени Домир.
Уже на полпути он неожиданно сообразил, что в отлично проработанном плане мести есть одна неувязка.
Засаду на него Избранный с компанией решили устроить в открытом космосе, используя специальный корабль для выдёргивания других кораблей из гиперпространства. Убить их это Воину ни разу не помешало бы, а вот показательно сразиться с ними будет сложновато. Даже суперразрушитель не выдержал бы тех сил, которые будут задействованы в этом бою, разлетелся бы на куски. Что уж говорить об их двух жалких скорлупках.
А сражаться в открытом космосе ни джедаи, ни ситхи толком не умеют. Выжить в принципе смогут, используя защитные костюмы и контроль метаболизма, но их боеспособность упадёт почти до нуля. Никакого удовольствия не будет расправляться с ними, дрейфующими в пространстве.
Подумав немного, Воин приказал Двигателю выдернуть одну из лун газового гиганта Стиндарона — седьмой планеты системы Датомир — и переместить к тому месту в космосе, где компания Избранного готовила на него засаду. Пяти мегаметров в диаметре, с активным вулканизмом и атмосферой из сероводорода — она станет отличной сценой для последнего акта этой драмы.
Воин понимал, что мыслит слишком уж по-человечески, при том, что не обращался даже ни к одному осколку-посреднику. Но его это мало волновало. С загрязнением Сада чужеродной информацией он сможет разобраться позже. Сейчас это только ему на руку. Человеческая ненависть значительно увеличит его удовольствие от расправы над Избранным.
Стоя на выбранном для поединка плоскогорье спутника, Воин наблюдал, как Избранный и его команда готовятся к высадке на непонятно откуда взявшуюся планету. Он видел это со всех сторон — и снаружи кораблей, и изнутри, чувствами Навигатора и глазами самих двуногих. Каменное ложе под его ногами то и дело сотрясали вибрации. Резкое изъятие спутника из гравитационного поля Стиндарона вызвало всплеск вулканической активности, при том, что этот планетоид и так не отличался стабильностью. Пройдёт несколько тысяч лет, прежде чем вся кинетическая энергия деформации будет высвобождена и кора планетоида вернётся к равновесию. Но Вычислитель предсказал, что конкретно это плоскогорье устоит ещё минимум пять лет, а ему нужна всего лишь одна ночь. Извергающийся примерно в сотне километров громадный вулкан обеспечивал освещение, так как Домир казался отсюда такой же звёздочкой, как и все остальные. Температура атмосферы примерно четыреста кельвинов, давление примерно четверть от уровня моря Корусканта — не слишком комфортно, но джедай или ситх с достаточным контролем метаболизма могут жить и действовать даже без скафандра.
Большой корабль, на котором они прилетели, не был способен ко входу в атмосферу, поэтому Избранный с компанией погрузились на борт меньшего и пошли на посадку. Сложнее всего, конечно, было уговорить Гетзерион поучаствовать в этом веселье. Но похитители предложили ей простой выбор — либо немедленная смерть, как только они встретятся с Палпатином и нужда в приманке отпадёт — либо участие в битве, а в качестве гарантии — вживление в шею небольшого заряда взрывчатки. Ведьма, конечно, выбрала второй вариант, рассчитывая, что в разгар боя следить за имплантом будет некому, и она сможет обезвредить его или убить оператора. Но и тут жестоко обломалась — наблюдателем вызвался призрак Кел-ет Ура, который в любом случае в битве участия не принимал, а с могущественными тёмными форсъюзерами привык иметь дело ещё при жизни, и хорошо знал, чем они дышат. Вариант «сломать голокрон» тоже отпадал, потому что, во-первых, призрак бы просуществовал ещё достаточно времени, чтобы дать команду на подрыв, а во-вторых, они и сам голокрон запрограммировали подать соответствующий сигнал при разрушении. А тот, будучи машиной, обладал реакцией на порядок лучше, чем у любого джедая.