Незваные гости вынырнули из гиперпространства на второй день стоянки, в пятидесяти мегаметрах от Объекта. Четыре линкора Торговой Федерации типа «Барышник», четыре линейных крейсера типа «Предусмотрительность», четыре разрушителя типа «Бунтарь», четыре фрегата типа «Щедрый».
— Они как будто пародируют ваше построение, — пробормотал Джерджеррод, как только все вражеские корабли были опознаны.
И действительно — Аккорд тоже сформировал оборонительный флот станции по формуле «четыре на четыре». Четыре «Имперских», четыре «Победы», четыре «Венатора» и четыре «Виндикатора».
По огневой мощи имперский флот крыл мятежников как бык овцу. Даже старенькие «Венаторы» строились с расчётом на возможность линейного боя, а уж могучий «Имперский» просто сделал бы из любого корыта Конфедерации плазменное облако за пару минут. И это без учёта турболазерных батарей Объекта — да, их было установлено меньше пяти процентов от окончательного количества, но и это — пятьсот стволов, больше чем на любом серийно выпускаемом корабле Империи! Поэтому нападавшие поступили очень разумно, выскочив подальше — с такой дистанции стрелять неудобно, зато вполне удобно запустить истребители. А вот по москитному флоту соотношение сил было обратным. На самой станции истребителей не было вообще — ангары для них предполагалось установить гораздо позже. Что же до бортового авиакрыла флота сопровождения…
ИЗР — знаковый корабль имперского флота, ядро любой группировки, несёт шесть эскадрилий — 72 машины. Столь же знаковый для КНС «Барышник» — 125 эскадрилий. ПОЛТОРЫ ТЫСЯЧИ боевых машин. Это абсолютный рекорд по размерам авиакрыла. Ни до, ни после Торговой Федерации никто не строил настолько вместительных авианосцев.
Только «Венатор», построенный в предыдущую эпоху, мог с ними кое-как потягаться. Потягаться, но не выиграть — 420 истребителей на борт это тоже до фига много, но всё же не настолько.
Если бы Аккорд предусмотрительно не взял с собой «устаревшие» «Венаторы», у защитников Объекта вообще сейчас не было ни единого шанса. Но даже так их превосходили численностью в три с половиной раза. 188 эскадрилий против 664.
Разумеется, Империя и не собиралась играть с мятежниками в «кто кого перемелет в догфайте». Не просто так авианосцы после Войны Клонов сошли со сцены, уступив место линейным кораблям. Для смены военной доктрины были вполне обоснованные тактические причины. А именно — резко возросшая за время войны точность гиперпрыжков. Если раньше корабли выпрыгивали в сотнях мегаметров друг от друга, после чего должны были сближаться на досветовых двигателях, то теперь линкор мог подскочить к авианосцу прямо на дистанцию турболазерного залпа — и разнести его в клочья раньше, чем тот успеет поднять истребители. Москитный флот остался узкоспециализированным оружием для боя внутри гравитационной тени планеты, где гиперпрыжок невозможен.
Этим сейчас и собирались воспользоваться защитники станции. Выполнить микропрыжок на вражескую эскадру, навязать ей ближний бой и разнести в клочья.
— Стойте, — напряжённым тоном сказал Аккорд. — Я уверен, они это учли. Прямо сейчас они просчитывают микропрыжок в непосредственую близость Объекта. И как только корабли охранения прыгнут — они тут же выскочат возле станции. Недостаточно для ближнего боя, но значительно ближе, чем сейчас. А вы останетесь выяснять отношения с теми истребителями, которые они уже успели запустить — это около двух тысяч машин.