И Вейдер каждый раз переживает,
Волнуется и душит всех подряд!
Мы свой нелегкий крест несем задаром,
А если подустанем иногда,
то после обработки скипидаром
Растет производительность труда.
Оставьте пацифистские терзанья,
Долой интеллигентское нытье!
Вам, что ли, не понравилось названье?
Дабожежмой, придумайте свое!
Мы эту штуку так и так достроим,
Но стоит ли заигрывать с судьбой?
Когда страна прикажет быть героем,
Героем здесь становится любой!
— Хорошо, — сказал Эрсо спустя два дня. — Вы победили, Таркин. Вы получите моего клона и мою память, и даже моё сотрудничество в его обучении. Но не раньше, чем я смогу увидеть свою жену и дочь.
— Джин вы увидите уже через три дня. С Лирой будет несколько сложнее — она не у меня, а у Кренника.
— Мне плевать, сложнее или проще. Вы обещали — выполняйте. До этого я и пальцем для вас не шевельну. Кстати, не забывайте, что клон с моей памятью будет разделять и мои ценности. И убедить его сотрудничать будет ничуть не легче, чем меня.
— Ну, вас-то убедить было не так трудно, как вам кажется, Эрсо. Почему вы думаете, что с ним будет сложнее?
— Потому что меня вы шантажировали жизнями Джин и Лиры. С ним у вас такого козыря не будет, если вы выполните обещание.
— Поверьте, Гален, у вашего клона будет мотив получше.
Клоны не наследуют связь с шардом от оригиналов. Чтобы копия по умолчанию была парачеловеком, нужен гений Костепилки и Бласто — или сверхспособности Ехидны. Клоноделы Камино, при всём их искусстве, до биоТехнарей явно не дотягивали. Но клонов легко спровоцировать на триггер — даже легче, чем паралюдей второго поколения. Наличие соответствующего генокода не означает, что шард подсоединится к тебе сразу же — но означает, что он будет следить за тобой очень внимательно. Наличие оттиска памяти ещё больше повышает эту вероятность. Нужен лишь толчок. Достаточно небольшого стресса.
Как организовать подобный стресс самому себе — Аккорд знал. Проблема в том, что клон Таркина не будет клоном Аккорда. Corona Pollentia в мозгу гранд-моффа является искусственной, насильно присоединённой структурой. Как у паралюдей Котла. У шарда Аккорда не больше поводов следить за этим клоном, чем за всеми прочими людьми на станции. Поэтому от заманчивой мысли создать собственного двойника и посадить на станцию, чтобы иметь доступ к шарду круглосуточно и круглогодично, придётся отказаться. Как минимум на время, если не навсегда.
Зато гений Галена Эрсо будет в его полном распоряжении. Организовать ему триггер каминоанские психологи смогут, на это у них таланта хватит.
Потому что не был Гален никаким гениальным учёным, в обычном смысле.
Обычному учёному можно найти замену. Да, выдающиеся умы встречаются редко… но в Галактике чёртовых сто квадриллионов населения! Кренник с его ресурсами десять раз успел бы подобрать кого-то с теми же талантами в кристаллографии, но без пацифистских закидонов Эрсо. Образовательная база у Галена ровно та же самая, что у других учёных на Объекте. Но все они его не то, что обогнать — они повторить за ним не могут!
А вот у Технарей это вполне обычная ситуация.
Поэтому, едва получив доступ к медицинским данным Галена Эрсо, Аккорд в первую очередь проверил его состав крови и структуру мозга. Уровень мидихлориан оказался вполне обычным, даже чуть ниже среднего для людей.
Зато в мозгу Эрсо присутствовал вполне узнаваемый контур «короны».
ВЕЙДЕР-2
Спокойствие.
Таким было его первое ощущение. Глубокое, всеобъемлющее спокойствие. Исчезла боль, сопровождавшая каждое движение уже много лет, с той дурацкой битвы на Мустафаре. Исчезла пылающая ярость, не оставлявшая его ни на день со времён гибели матери. Но что самое невероятное — исчезла тёмная тень, висевшая над его душой с самого рождения (только не осознаваемая им до перехода на Тёмную Сторону).
Присутствие его учителя. Его хозяина. Палпатина. Дарта Сидиуса.
Невозможно. Такое ощущение могло возникнуть только в одном случае — если бы Сидиус был мёртв. Но смерть Тёмного Лорда повлекла бы за собой глубокую перестройку в Силе, которую Вейдер бы непременно почувствовал. Даже в бессознательном состоянии. Потерять учителя для ситха — это как потерять руку. Нельзя не заметить. Сейчас же…
Он не видел ничего, не слышал ничего, не чувствовал ничего. Но для форсъюзера это имело куда меньшее значение, чем для обычного человека. Сила может компенсировать все недостатки органов чувств… Вот только Сила отказывалась откликаться на его зов.