– Давай Тощий! Перегрызи ему глотку!
– Трахни его Тощий!
– Дохлик не бзди!
Воодушевленный, бродяга сделал резкий выпад и ловко подсек Сергей за ногу, тощей жилистой рукой. Не удержавшись, мужчина грохнулся на спину, больно приложившись затылком. Хорошо, что удар пришелся на траву, иначе бой был бы уже окончен.
Не давая противнику подняться, Тощий вскочил ему на грудь и потянулся зубами к горлу. Челюсти щелкнули в сантиметре от артерии, поднатужившись, Сергей сбросил его на сторону, тут же получив удар по лицу открытой ладонью. Бомж метил в глаза, но лишь содрал тонкую полоску кожи с его лба.
Сергей перекатился влево и оказавшись на четвереньках вмазал по бородатой физиономии кулаком. Бродяга этого будто не заметил. Он горел решимостью исполнить волю своих хозяев, дотянуться до врага и рвать его зубами и ногтями. И господи! Как же он был близок.
Перехватив запястье Сергея, бродяга потянул его на себя. Чувствуя, как начинает заваливаться на живот, потерявший опору мужчина взвизгнул, и растянулся перед бомжем, подставив ему беззащитную спину. Тот моментально воспользовался преимуществом и запрыгнул сверху, вдавливая тощими ручонками голову противника в пожухлую траву.
Сергей не услышал, а скорее даже почувствовал, как в носу что-то хрустнуло, и кровь фонтаном забила прямо во вспаханную его физиономией землю. В глазах потемнело от боли, но это будто взбодрило его, громко завопив, он перекатился на бок, сбрасывая оседлавшего его спину врага. Тот рухнул на правый бок. Мгновенно перекатился, словно в его тощее тело какой-то шутник вставил реактивный ранец и вновь оказался на четвереньках.
Сергей распластался на спине. Силы покинули его. Если Тощий продолжит в том же духе, то финал схватки можно считать предрешенным. Он повернул голову набок и уставился на готовящегося к атаке бродягу. На мгновение их взгляды пересеклись.
– Ну же! Давай! Тебе ведь так важна твоя засранная конура! – Прорычал Сергей, выплевывая густой комок крови. – Сраное животное! Ты достоин такого существования!
Мирон громко хрюкнул, а Азамат разразился противным хихиканьем. Тощий вцепился грязными пальцами в траву и, вырвав ее с корнем, бросился вперед. Когда он вскочил на грудь Сергея, с протяжным звуком выдавив из него воздух, мужчина бросил сопротивление. Несколько капель коричневатой от кровоточащих десен слюны упали на его лицо, одна скользнула в рот. Бродяга зарычал и вцепился в открытое горло врага, старательно пережевывая сухожилия.
То есть почти вцепился. За секунду до броска, Сергей скользнул раскрытой пятерней и прикрыл запястьем горло, чувствуя, как гнилые зубы бомжа вновь терзают его плоть, прокусив тонкую кожу, скользят по острым костяшкам пальцев. Свободной рукой он крепко ухватился за немытую гриву и, притянув голову противника поближе, яростно впился в его ухо, почувствовав во рту противный привкус крови и ушной серы.
Тощий завыл, продолжая сдирать кожу с запястья мужчины. Сергей завыл еще громче. Это было ужасающее зрелище. Двое болезненно худых, грязных и окровавленных мужчин терзали друг друга, зубами вырывая куски плоти. Отстранившись, Сергей выплюнул ухо бродяги и вновь потянулся к нему, на сей раз метя в выпирающую через тонкую кожу артерию. Он прекрасно знал, если сумеет достать ее зубами, то останется жив.
Но понимал это и Тощий, а потому он бросил терзать его запястье и начал биться в попытках освободиться. Несколько минут они продолжали борьбу, но сил у обоих было слишком мало. Хватка ослабла, Тощий рванул так сильно, что перекатился через голову и замер, прижимая ладонь к изуродованному уху. Сергей уселся на задницу. Из искривленного носа продолжала сочиться кровь, правое запястье представляло собой изодранные до кости лохмотья, со свисающей бахромой кожей.
– А ну не останавливаться! – Азиат, оказавшийся ближе остальных, сильно пнул Тощего в бок. От удара того подбросило и несколько капель крови угодили на штанину парня. – Ах ты сука! Он принялся с усердием избивать скрючевшегося на траве бродягу. Тот скулил, подставляя под злобные удары то один бок, то другой.
– Ублюдок! – Сергей не желал оставаться частью этого безумства. – Трусливый кусок косоглазого говна!
Руслан засмеялся, происходящее забавляло его. Он все еще поглаживал Олега, безучастно наблюдающего за ростом травы, перед собой. Костя молча сидел в кресле и сверлил Сергея взглядом, он жаждал возможности поквитаться. А толстяк…он куда-то исчез, наверное, отправился за съестным.