— Вот так, теперь тебе не холодно.
Джошуа шептался сам с собой, а когда одел фигуру в штаны, тыкнул пальцем в шоколадный пупок и тихо хихикнул:
— Какой ты смешной!
Шоколад прилип к детскому пальчику, так что Джошуа облизал его и поморщился. Этот шоколад у старушки Беккай был на редкость невкусным. Слишком горьким, с металлическим привкусом. Совсем не тот шоколад, что иногда покупала ему мама. Наверное, поэтому к старушке никто и не ходил.
Джошуа посмотрел на кисть собранного по частям тела, на котором удивительно чётко прорисовывались сгибы и даже отпечатки на подушечках пальцев. Он погладил фигуру по руке, но гладил её недолго, чтобы она не начала таять.
— Поиграем с тобой на Хэллоуин. Тогда тебя никто не будет бояться.
С этими словами Джошуа снова спрятал тело под горой одежды и закрыл шкаф. Свечу он задул одним резким выдохом, а затем улёгся под одеяло.
К домику старушки Беккай Джошуа бегал ежедневно. Он накопил достаточно монет для своего плана, но не мог принести все сразу в дом так, чтобы мама не увидела. Она, как и остальные жители деревни, не любили старушку Беккай. Все запрещали детям ходить в сторону её магазинчика. Поэтому приходилось бегать тихо, прикрываясь гулянкой с Алвином. С ним мама его всегда отпускала. Вот только Алвин так ни разу и не осмелился дойти до магазинчика вместе с другом.
— Мне нужен череп.
Джошуа с важным видом выложил на стол несколько монет, а старушка радостно сгребла их в свой кармашек. Тот уже начинал просвечиваться — настолько прохудился.
— Держи.
Старушка положила на прилавок небольшой череп, сделанный из карамели, но Джошуа он не понравился. Не тот.
— Нет, не такой. Мне нужен другой.
Хозяйка магазина покосилась на мальчика с подозрением и, кажется, с лёгким испугом.
— У меня их не так много осталось, чтоб выбирать.
— А вы принесите все.
Мисс Беккай поджала и без того тонкие губы. Обычно опущенные вниз уголки губ стали выражать своё недовольство ещё ярче. Однако, она все-таки вернулась в подсобку и вынесла из неё на прилавок ещё два карамельных черепа. Все разного размера и формы.
— Ну, выбирай.
Джошуа пришлось вытянуться, чтобы безошибочно выбрать нужный ему череп.
Он рассматривал каждую черту: скулы, глазницы, форму подбородка.
— Вот этот, — Джошуа тыкнул пальцем в череп, который был точно тем, что ему необходимо.
Хозяйка магазина противно скрипнула — голос сел.
— Уверен? Он хрупкий…
— Да. Его.
Джошуа подтянул к себе карамельную черепушку, но та оказалась на удивление тяжёлой. Пришлось покрепче взяться за неё.
— Всего доброго!
Он убежал так же стремительно, как пришёл в магазинчик. Тонкие губы мисс Беккай искривились в омерзении:
— Мальчишка…
Острый язык прошёлся по сухим губам. В животе угрожающе заурчало… Пришло время обеда. Ведомая гнетущим голодом, хозяйка магазина скрылась в мрачной подсобке. Там её давненько ожидал обед. Холодный, мокрый… сочный.
Джошуа проделывал этот трюк снова и снова. Прятал купленную жуткую сладость, проносил её домой, складывал в шкафу. Раз за разом. День за днём.
Череп он положил прямиком на шею, и сладкое тело, собранное по частям, приобрело узнаваемые черты. Джошуа расплылся в счастливой улыбке, глядя на полноценное детское тельце в своём шкафу.
— Ох, чего-то не хватает…
Джошуа видел тело, но не видел в нём жизни. Даже вены прорезались на коричневых руках, но что-то явно было не так. Он нахмурил бровки и взял за руку шоколадного друга. Та была твёрдой и тяжёлой. Совсем неподатливой.
— Ну как там? — Заговорщический шёпот из-за спины Джошуа уже не пугал его, лишь самую малость заставил напрячься.
— Вроде всё, но… Все-таки нет. Что-то не так.
Джошуа обернулся на лучшего друга и сразу уловил взгляд его больших зелёных глаз. Те смотрели так внимательно, так заинтересованно, будто от результата работы Джошуа зависела его собственная жизнь. Алвин то и дело пытался заглянуть через плечо друга, но тот упрямо прятал от него своё творение.
— Не подсматривай! Это сюрприз.
— Но я же видел уже немного…
— Только немного. И больше не смотри.