«...Стены построены на совесть, под бомбами качаются, но не падают. От скольких налетов мы убереглись за ними. Только крыша сгорела...» Неожиданно загудел зуммер. Виктор Викторович нахмурился:
— Ну, все, Олег. Время. Может, тебе хочется побывать там? — Он кивком головы показал на одноэтажное здание.
— А можно? — Олег даже привстал.
— Там склад. Но я выпишу пропуск. И позвоню в проходную, чтобы тебя потом выпустили.
— Спасибо вам. Спасибо!
Виктор Викторович взял со стола блокнот, вырвал страницу и что-то написал на ней.
— Вот. Покажешь на складе. До встречи!
— До свидания, Виктор Викторович.
— Позвони мне как-нибудь... сын энергетика!
— Виктор Викторович, да я...
— Ладно, ладно, иди. Телефон мой здесь сверху. — Виктор Викторович показал на записку.
Зажав записку в кулаке, Олег вышел из кабинета, еле сдерживаясь чтобы не пуститься в пляс. Бегом он спустился по лестнице и побежал к заливу. Подбегая к нужному зданию, он заглянул в записку и сразу увидел сверху напечатанные типографской краской буквы: «Комякин В. В. Главный энергетик»...
Глава II
ТО САМОЕ ЗДАНИЕ
В каменный, скользкий от нефти и грязи причал била мутно-зеленая волна, на которой среди щепок и корья крутились белые клочки записки Виктора Викторовича.
Понуро стоял на берегу Олег, раздосадованный, недовольный собой. Ничего себе разведочка получалась! Ну и ну! Сперва этому шоферу на глаза попался, но это еще ладно. А потом... И нужно же было болтать в прокатке, никто же за язык не тянул! Все Строганову выложил и по-глупому стал назад пятиться, да только Строганов не поверил, взял да и позвонил этому Виктору Викторовичу, главному энергетику. Это уж точно. Иначе б Виктор Викторович не стал ни с того ни с сего кормить бутербродами.
Вообще-то Виктор Викторович, видно, человек стоящий. Времени не пожалел, рассказывал, записку написал. Пойди, мол, посмотри, да и беги домой, мальчик! Как все просто. А поиск доктора Волкова?
Залив остро пах рыбой и каким-то лекарством. Дождь прекратился. Солнце как-то нехотя осветило пирсы и горбатые краны на них.
— Эй, Маруся! — весело сказал кто-то сзади Олега. — Слез бы ты лучше отсюда! А, Маруся! Посмотри, на чем стоишь!
Обернувшись, Олег увидел низкорослого паренька с телефонной трубкой в одной руке и каким-то приборчиком в другой.
— Взгромоздился тут, как адмирал Крузенштерн на набережной! А на чем стоишь, тебе до феньки?
— Ну, на чем я стою... — проворчал Олег недовольно. — Сам ты Маруся!
— Ну уж нет, — затряс головой паренек. — Маруся — ты! Иначе б на аппарате не стоял!
— В этом паршивом ящике аппарат? — Олег спрыгнул на землю. — Где ж он?
— Здесь! — Паренек каким-то крючком подцепил стенку ящика, заглянул в него и, приладив внутрь провод телефонной трубки, закричал: — Алле-е, Скамейкин говорит! Спишь там, Маруся? Пиши: пятый пост в порядке. Как на крыше? Сейчас проверю и позвоню. Жди.
Оставив трубку, Скамейкин куда-то убежал. Прошло несколько минут, в трубке что-то проговорили, и загудел зуммер отбоя.
Олег взял тяжелую трубку, на ней был диск с номерами и кнопка. Нажав на кнопку и услышав ровный гудок, он оглянулся и быстро набрал свой номер.
— Квартира Кислицыных, — как всегда, ответила мама.
— А это я, — спокойным голосом сказал Олег. — Дежурю по лагерю. У нас здесь телефон. Только долго нельзя говорить.
Футбольная команда уехала из лагеря еще вчера. Они выиграли матч у старшеклассников из Сиверской. Олегу снова удалось забить решающий мяч. Потом команда поехала назад, а Олега пригласил начальник лагеря переночевать у него в Ленинграде, а утром вернуться в лагерь на мотоцикле. Но сегодня Олег отпросился у начальника лагеря до вечера, сказав, что приедет сам. И вот, перед тем как забраться в кузов грузовика, Олег столкнулся на улице с Андреем Горикиным, который зачем-то приперся из лагеря в город. Олег поспешно отвернулся, но Горикин, кажется, успел заметить его. Олег специально сейчас звонил домой, чтобы узнать, не выдал ли его Андрей.
— Как ты там? — спросила мама. — Потерпи последние дни. Потом уж в Шпаньково поедем.
Из-за этого он и поспешил проникнуть на завод. Из Шпанькова уж его никто не отпустит! После того как отец положил ему в стол дневник Волкова, сколько планов построил Олег, гадая, как попасть на завод и как выбраться из лагеря, не делая шума.
— Ты меня слышишь, Олег? Куда пропал? Значит, дежуришь?