Сандэр. Дилогия (СИ)

– Ба! – воскликнул вождь, приказав телохранителям остановиться. – Я погляжу, нагнала подлая сэкка страху на храбрых сыновей Водяной Крысы, раз они шарахаются от каждого шороха и прячутся от союзников, пришедших им на помощь.

Предводитель знал об отряде Кан-Джая возле холма, но где именно, не подозревал, иначе не обращался бы в пустоту.

– Как вы нашли нас, сыновья Огненного Жала? – раздался голос Шор-Таза, принявшего на себя обязанности старшего в отсутствие Кан-Джая.

Алисия, прильнувшая к стволу дерева за колючим кустарником, притихла, вслушиваясь в разговор.

– Вяленый Бык, ты? – вопросом на вопрос ответил вождь. – Не думал я, что у Рана телохранители боятся носа сунуть под лунный свет из-под теней деревьев. Он попросил помочь вам изловить одного противного оборотня. Мы живём ближе всех к улиточникам, если помнишь, Шор-Таз. Рану добираться до вас дольше от деревни Шипастых Крабов. Мне прислали весточку гонцом, и мы пришли. Выследить ваш отряд было легко. Встретившиеся нам улиточники сказали, вы направились к Лысому Холму. Гин-Джин не с вами?

Вяленый Бык тщательно обдумал произнесённое вождём. Оно понятно, доверять иноплеменникам нельзя, это Лаклак усвоил с раннего детства. Потому и отличался от родичей недоверием и мрачным характером.

"Эй, рыбоголовый, ты меня слышишь?" – отважился на мыслесвязь Шор-Таз.
"Слышу-слышу", – буркнул ихтиан тихонько. Сэкка, бродящая неведомо где, раздражала. Напасть на крупный отряд решилась бы вчера, да сегодня не в том она положении. Наверное. Хотелось бы верить. И это малость обнадёживало.
"Чер-Джакал не врёт?"
Морлок и сам не прочь был узнать, не лукавит ли вождь. Навешанные на тролля защитные амулеты мешали проникнуть в его разум и разгадать намерения, о чём Лаклак с сожалением сообщил синекожему.
Причин не доверять главе Огненного Жала предостаточно. Да, он говорит верно, его деревня ближе иных к землям улиточников, и Ран-Джакал оповестил бы его об охоте на сэкку, да вот отношения двух племён заставляли усомниться в словах вождя. Зелёные Улитки и Жало издавна враждовали. До установления власти Водяных Крыс и озёрного союза они резали друг дружку, и даже авторитет и приказы предводителя озерников мало изменили ситуацию. Нет-нет, да и прольётся кровь на границе. К тому же, Огненное Жало приносило сплошные беды Ран-Джакалу, самовольно нападая на пограничный Вал и вырезая деревни людей. Своенравный вожак мятежного племени извинялся, откупался от имперцев шкурами редких зверей, зельями из целебных растений, олифантовой костью и продолжал набеги на соседей. По той же причине Каменные Клешни не позвали его на свадьбу молодого владыки.

– Так и простоим до восхода солнца? – проявил нетерпение вождь. – Если наша помощь вам не нужна, мы пойдём поохотимся. В лесу много достойной добычи для великих охотников.

Отвергнуть помощь у синекожих считается оскорблением, и, по мнению Лаклака, Вяленый Бык поступит опрометчиво, решив пренебречь тремя десятками воинов Огненного Жала. Чер-Джакал не проглотит оскорбления. Добычей может стать любой разумный, и вождя не волнует, вражеский шпион встретится ему в лесу или телохранитель союзника, оскорбивший его. Вчетвером при поддержке Алисии, Бал-Ара и Варк-Дана у Водяных Крыс были бы шансы на победу, не будь с отрядом Огненного Жала стольких шаманов. За предводителем жевал толстые губы верховный шаман, около него ожидали приказов четверо учеников. Кан-Джай задерживается, и сэкка поблизости.

– Гин-Джин занят далеко отсюда, – признался Шор-Таз, спрыгнув с ветки и выступив на залитую лунным светом поляну у подошвы холма. – Нас ведёт ловец духов. Ран-Джакал разве не сказал?

– Он попросил помочь его парням, охотящимся на сэкку, – пожал широченными плечищами вождь. – Оборотень та ещё тварь, на неё ходят с шаманом. Значит, молодой Кан-Джай с вами? Почему же он молчит?

– Он спустился в Лысый Холм. Сэкка укрылась там.

– Вот как? Один? – Тон Чер-Джакала не понравился Лаклаку. Тролль говорил с издёвкой, намекая на трусливость спутников ученика Гин-Джина. – Поистине, он храбр. Окружите холм, – бросил он охране. – Шаманы пусть расставят варды. И давно он полез туда, – кивок на холм, – а, Шор-Таз?

– Давненько. Белая луна ещё не взошла. Он приказал ждать его до рассвета.

Вождь хмыкнул.

– Жаль, мы не пришли раньше. Горон-Джин, подготовься разведать окрестности и направь кого-нибудь за Кан-Джаем. Вяленый Бык укажет дорогу, верно?

Телохранитель Ран-Джакала неразборчиво пробормотал проклятие и зашагал на вершину холма, очищенную от теней Бал-Ара с приходом отряда предводителя Огненного Жала. "Куда он делся? – подумал ихтиан об ученике Трон-Ка. – Его и след простыл. Возможно, и вправду его убила ведьма?"

– Женщина?!

Возглас издал шаман, ненароком увидевший стоящую под деревом Алисию. Пресекая лишние рассуждения синекожих, Шор-Таз произнёс:

– Дочь Гин-Джина.

В дальнейших представлениях девушка не нуждалась. Слава о верховном шамане Водяных Крыс, победившем немало синекожих колдунов, известна по всему Пограничью. Огненное Жало знакомо с ним чуть ли не теснее, чем с Ран-Джакалом. На войне за озеро познакомились.

– Э, она замёрзла, – подметил вождь. – Дайте ей меховую накидку. Где твои воины, Вяленый Бык? Неужто с Кан-Джаем осмелились пойти один ты да мягкотелая женщина, боящаяся мороза?

– Они стерегут сэкку и так хорошо укрылись, что и твои лучшие следопыты их не видят, – проворчал Шор-Таз.

Телохранители обступили холм кольцом. С оружием наготове тролли спрятались в кустах и на ветвях, чтобы напасть внезапно. Толку в их действиях, по мнению Лаклака, мало. От ведьмы не спрячешься. От сторожевых вардов пользы куда больше. Установившие колдовскую охрану шаманы с учениками засуетились на вершине холма, складывая из камней и принесённых с собой костяных и деревянных идолов колдовской круг. Морлок, не разбиравшийся в колдовстве синекожих, не представлял, зачем им понадобилось составлять фигуру на вершине.

"Лалкак, что они сооружают?" – поинтересовалась Алисия, вторгшись в успокаивающийся ход мыслей морлока.