Фрэд развернулся и зашел в подсобку, молча захлопнув за собой дверь. В зале стало совсем тихо. Все напряженно прислушивались к шуму на улице, в надежде задерживая дыхание при каждом шорохе колес, катящихся по мостовой. Скорая все не ехала. Дыхание Билли, итак еле слышное, становилось все слабее. Матовая бледность полностью покрыла его лицо, сквозь холод рук уже не ощущался пульс. Внезапно он открыл глаза, белок правого был полностью красными, и словно хотел что-то сказать, но вместо этого замер со взглядом, устремленным вверх. Дрожь прекратилась, сердечная мышца сократилась еще один раз и остановилась. Навсегда.
В тот вечер никто не проронил ни слова. Работники расходились в гробовом молчании, у многих в глазах стояли слезы. Грег шел домой в каком-то тупом оцепенении, совершенно не замечая странных взглядов, которые на него бросали прохожие. Придя домой, не раздеваясь, он просидел почти всю ночь неподвижно в кресле. И только когда рассвело, он заметил, что вся его одежда и руки были покрыты бурыми пятнами запекшейся крови.
В следующие несколько дней на складе почти не слышно было разговоров. Работники старались избегать друг друга, словно не хотели читать в глазах собеседника одни и те же невысказанные, обвиняющие мысли. Приезжала полиция. Было установлено, что произошел несчастный случай, дело закрыли. Единственным результатом ее приезда было то, что до сих пор старающийся вести себя более сдержанно и лишний раз не показываться работникам на глаза Фрэд вернулся к прежним порядкам. Казалось, случившееся нисколько не задело его. Крики и угрозы раздавались повсюду с той лишь разницей, что теперь никто даже за спиной не пытался перечить ему. Страх от произошедшего, прокравшись им в души, прочно поселился там. Это была уже не прежняя боязнь, замешанная на нежелании был униженным и гадливости, а слепой неконтролируемый ужас перед человеком, способным на любые поступки.
Тяжелая работа постепенно стирала из памяти тот вечер. Проходили недели, и атмосфера на складе стабилизировалась. Снова слышались шутки, в перерывах что-то весело обсуждалось. О Билли больше не вспоминали.
- Эй, ты, чего развалился, как подзаборная шалава? Или ты думаешь, что я тебе за простой платить буду? Дома, в кровати со своей бабой будешь расслабляться. Пшел работать, лежень.
Выругавшись про себя, Грег поднял тяжеленный ящик и с трудом поволок его к выходу.
- Живее, живее, - неслось ему вслед. - Ногами шевели, задохлик.
Не обращая внимания, Грег вышел во двор, подошел к ближайшему трейлеру и окликнул парня, чтобы тот принял груз.
*******
Вот и конец рабочей смены. Устало восседая на скамейке, Грег, только что избавившись от тесных сапог, растирал натруженные ноги. Мысли его, не в силах больше заниматься тщетными догадками относительно содержимого бочек, перенеслись к более приятному занятию. Была пятница, и, следовательно, можно было устроить себе небольшой праздник. Каждую неделю, по пятницам после работы, Грег заходил в крошечное кафе, расположенное в 10 метрах от его дома, покупал себе кружку пива и сочный бифштекс, садился за столик и отдыхал, наслаждаясь этим получасом тишины перед следующими рабочими днями. Ему нравилось сидеть здесь - сквозь огромную витрину открывался чудесный вид на залитый огнями город, который, если сидеть и молча любоваться его величественной красотой, не казался таким чужим, жестоким и холодным.
Случалось, Грег, просиживал здесь несколько часов, наблюдая за тем, как гасли эти разноцветные огни, погружая все в минутный мрак и так же внезапно загорались, освещая город мягким светом осенней ночи. Это кафе было его убежищем. Заходя сюда и закрывая за собой дверь, он, словно оставлял по ту сторону стекла бурлящую за окном жизнь со всеми ее проблемами, трудностями и Фрэдами, пусть не надолго, но он забывал о них. Тишина и покой, царящие здесь, приносили облегчение в его душу, так и не свыкшуюся с бешеным ритмом жизни этого города.
-Эй, приятель, ты что ж не отзываешься? Иль ты и вовсе не рад меня видеть?
Грег вздрогнул. Режущий звук этого голоса, прорвав пелену мечтаний, проник, в конце концов, в его сознание. И вместе с ним на сердце легла тупая тяжесть. Не может быть, чтобы это был Сэм. Они не виделись столько лет. Медленно повернув голову, Грег встретился глазами с улыбающейся физиономией своего сводного брата.