Легкая фигура инспектора растаяла вдали тюремного коридора. Им оставалось провести здесь еще час. Целый час ожидания перед выходом на свободу.
Все формальности были закончены, и рабочие нетвердой походкой устремились к выходу. Закрыв за собой дверь, они остановились, блаженно переводя дыхание. Воздух, свежий, прохладный, осенний воздух. Ни помесь копоти и дыма, ни спертый запах, наполнявший собою камеру, а обычный нью-йоркский воздух, приправленный сыростью и пряностями из находящейся недалеко кондитерской. Они вдыхали его, поставляя лицо ветру, и чувствовали себя почти счастливыми. Проходившие мимо участка прохожие, удивленно взирали на эту группу людей, стоящую в молчании с восторженными лицами и, подавив саркастическую улыбку, направлялись дальше.
- Ну что, ребята, - прервал молчание Джон, - выбрались наконец. Я уж не думал, что это когда-нибудь случится.
- Да, уж, - злостно заметил Риччи, - 6 проклятых дней. Господи, как я хочу есть, и не это мерзкое варево. Что за дрянью нас потчевали! Сейчас бы картошечки, бифштекс, приправленный соусом, яичницу со специями - и все свеженькое, горяченькое. Ух, красота.
От предвкушения всего сказанного у Риччи даже глаза заблестели.
- И помыться тоже, до сих пор чувствую запах гари.
- Сейчас придешь домой, Герберт, выспишься, и все пройдет, – рука Дерека ласково легла ему на плечо. – Вот что, ребята. Нам надо всем отдохнуть и успокоиться. Давайте встретимся дня через три в старом сквере, в квартале отсюда и решим, что делать дальше. А до этого никому не слова. Да, и помните слова инспектора. Неизвестно, где сейчас Фред, и хоть я не думаю, что он вернется, с чем черт не шутит. Смотрите в оба. Если он объявится, постарайтесь не попасться ему на глаза. Мы уже знаем, что для него нет ничего святого, лучше будет держаться от него подальше. Ну, а теперь по домам. Запомните, через три дня в сквере. До скорого.
Махнув на прощанье рукой, Дерек первым направился прочь. Вслед за ним начали расходиться и остальные.
Грег устало брел домой, тяжело передвигая ноги. Зайдя по пути в магазин, он автоматически купил немного хлеба и пол-литра молока на предложенные ему Дереком после выхода из участка несколько долларов. Переступив порог своей холодной темной комнатки, он положил пакет на стол и бесчувственно рухнул на постель, уткнувшись в подушку, впервые за эти дни дав волю своему отчаянию. Отчаяние действительно было полным. У него не было ни работы, ни денег. Он находился под подозрением у полиции и каждую минуту мог ожидать появления Фреда с выполнением своих угроз. Что правда, последнее обстоятельство не сильно заботило Грега. При одном воспоминании об этом человеке его охватывало такое бешенство, что появись перед ним в эту минуту Фред, Грег убил бы его, не задумываясь, не смог бы остановить себя, даже если бы хотел. Хуже обстояло дело с деньгами. Нужно было найти работу. Но где ее искать? Пойти устроиться на какой-нибудь склад? От одной мысли Грега чуть не вывернуло на изнанку. Попробовать продавать свои картинки? Это было бесполезно. Найти работу по специальности? Архитектором? Это тоже весьма маловероятно, особенно в этом городе. Но делать что-то нужно было, поскольку без денег долго не проживешь.
Немного поспав и приведя себя в порядок, Грег вышел на улицу и купил газету. Пробежав глазами предложения о работе, он направился по имеющимся адресам. Обойдя уже несколько мест и везде получив ответ, что вакансия уже занята, он присел отдохнуть на скамейке в парке. Выбросив бесполезную газету, он вперил глаза в небо и долго-долго рассматривал проносящиеся над головой огромные серые тучи. Уже собираясь уходить, он обратил внимание на человека, поспешно идущего куда-то через парк. Что-то в его фигуре, походке, манере угловато расставлять руки во время ходьбы показалось Грегу страшно знакомым, до боли знакомым. Человек пересек улицу и скрылся в ближайшем магазинчике, через минуту вынырнув оттуда с бутылкой виски в руках.