При виде Грега преследователи остановились, на их лицах, ранее растянутых в злорадной ухмылке, синхронно появилось выражение разочарования и злобы. В бессильной ярости, чувствуя, что жертва уходит от них, один из мерзавцев поднял кирпич, которыми усеян пол этого старого дома, и швырнул его в девушку. Грег машинально прикрыл ее, подставив свое плечо. Затем схватил в руки первый попавшийся предмет, кажется, это была деревянная вешалка, которой он никогда прежде не пользовался, и от души хватил одного из неудавшихся воздыхателей по голове. Удар получился сильным, тело осело и с глухим стуком рухнуло на пол. Грег подхватил девушку на руки, развернулся и занес ее в свою квартиру. Закрывая дверь, он слушал, как второй забулдыга, гонимый страхом и начисто позабывший о своем напарнике, что есть духу мчится вниз по лестнице, спотыкаясь и падая в темноте.
Воспоминания разбередили старую рану.
Отложив карандаш, Грег сжал кулак, стараясь усмирить поднимающийся из глубин прошлого гнев. Это был бурлящий сплав вчерашнего все еще свежего негодования и давней, глухой безысходной злобы, которая от времени потеряла остроту, но стала лишь сильнее. Возможно, стоило поддаться вчерашнему порыву и догнать второго мерзавца, отбить у него всякую охоту вести себя подобным образом в будущем? С каким удовольствием он бы размазал его по стене близлежащего дома, переломал пару ребер, нос… его было бы приятно, и главное, оправдано избить. Но,… но это не поможет и ничего не вернет. И не исправит. По крайней мере, он среагировал вовремя и успел помочь этой девушке. Это уже хорошо.
- Что с вами? Вы в порядке?
Автоматически развернувшись на звук женского голоса, непривычного и чужого для постоянной тишины его дома, Грег встретился с встревоженными взглядом светло-серых глаз. Девушка, о которой он только что думал, не только проснулась, но и встала с постели, а он не заметил. Посмотрев на свою руку, туда, куда был устремлен ее взгляд, он увидел, что кулак все еще сжат с такой силой, что кожа на костяшках натянулась до белизны. Он все еще сидел на стуле, но корпус был подан вперед, все тело напряжено, на лице, наверное, тоже не самое дружелюбное выражение. Наверное, он испугал ее.
- Все хорошо, извините. - Усилием воли изменив позу и разжав пальцы, Грег постарался убрать из голоса резкие ноты ярости. - Просто воспоминания. Мне жаль, что я вас разбудил.
- Это из-за меня?
Сандра пожалела об этом вопросе еще до того, как заметила изменившееся выражение его лица.
Грег ничего не сказал, лишь отрицательно качнул головой. Девушка почувствовала, как в сердце что-то сжалось, потяжелело, придавливая ее своей тяжестью. Теперь она ощущала себя обузой, источником неприятностей, проблемой, нежданно свалившейся ему на голову, которую он, по своей природной деликатности, решил не сразу выставить за дверь.
- Простите. - Опустив голову, промямлила она. - И за то, что заставила вас всю ночь сидеть. Я не подумала, что здесь нет больше кровати. «Боже, еще одна бестактность. Я специально стараюсь сделать все еще хуже?»
Грег либо не заметил, либо решил не обращать внимание на ее неудачные слова.
- Не переживайте, я могу позаботиться о себе. - Легкая улыбка скользнула по его губам. - И я рад, что вы отдохнули. Покушаете со мной или вам нужно идти?
Сандра попыталась не подать виду, но последняя фраза уничтожила остатки ее недавнего умиротворения. Он хочет, чтобы она скорее ушла? Ну, разумеется, почему он должен хотеть, чтобы она оставалась здесь? Может, у него есть дела или он хочет вернуть квартиру в свое распоряжение, к тому же сейчас сколько, о, почти 12 дня. Из-за нее он опоздал на работу? Сидел и ждал, пока она нанежится и насмотрится на него? Боже, о чем она думала? Что с ней такое? Сандра снова почувствовала себя нехорошо.