Полисмен заполнил нужные графы анкеты и повернулся к Риччи.
- Им..
- Рикардо Росси, 1976. Город тот же, – не дожидаясь повторения вопросов ответил итальянец. – Какие еще сведения вас интересуют?
- Не нужно грубить, молодой человек. Поверьте, мне все это тоже не доставляет особого удовольствия.
- Давайте закончим побыстрее, – недовольно скривившись, буркнул Риччи. – Я зол, как черт. Даже как восемь чертей и четверть чертенка. Мне все это уже в печенках сидит. Не успели выбраться из одной дыры – влипли в другую. Словно во всем этом проклятом городе податься больше некуда, как только болтаться по разным полицейским участкам.
Брови полисмена удивленно поползли вверх:
- О чем вы? - в голосе, помимо удивления, прозвучали ноты профессиональной подозрительности.
- Не обращайте внимания, - поспешил предупредить очередную тираду своего друга Грег, - просто несколько дней назад на складе, где мы работали, произошел пожар. Может быть, вы об этом слышали.
- Разумеется, слышал. Так вы двое из тех рабочих? Интересно.
Полицейский снял телефонную трубку и набрал номер. На его скулах, покрытых натянутой желтоватой кожей, проступили пятнышки румянца, а под правым виском обозначилась жилка. Распорядившись, чтобы приятелей поместили в камеру предварительного заключения, он вытащил свое худое тело из-за стола и принялся что-то искать в картотеке на стеллаже. Изумленно созерцая неожиданное увеличение актиности, Грег спросил:
- Что значит “интересно”? Что вы имели ввиду?
- Не обращайте внимания, привычка по работе, - не отвлекаясь от своего занятия, бросил полицейский. - Кстати, тот мужчина утверждал, что вы его сын. Это правда?
- Да.
- Значит эта девушка - ваша сестра? Почему же вы не беспокоитесь о ней?
- ??!
- Он все время называл ее дочкой, а вы сами только что сказали, что он ваш отец.
Совершенно не желая ничего рассказывать о своих семейных делах и злясь на себя за то, что напрочь забыл о существовании раненой девушки, которая, скорее всего, пострадала именно потому, что находилась рядом с ними - Грег не обмолвился ни словом об этом, но был уверен, что стрелявший целился в Риччи или в него - все же постарался спокойно ответить на заданный вопрос:
- Я ее не знаю. Мы с отцом долгое время не виделись, я вообще не в курсе с кем и как он жил. Может, он где-то ее подобрал. Не знаю. Я даже не успел увидеть ее лицо, на улице было темно, а в машине ее положили на переднее сидение. Кстати, как она?
- Мы попросили в клинике сообщить о ее состоянии здоровья, но оттуда еще не звонили. Поверхностный осмотр показал, что рана не опасна. Думаю, скоро мы узнаем.
Полицейский указал на своего коллегу, вошедшего в помещение:
- Вас проводят в камеру. Если появятся новости о девушке, я вам сообщу. Ваш отец остался с ней. Его привезут завтра, там дежурит наш человек. Спокойной ночи.
Он вновь повернулся к стеллажу и продолжил свои поиски. Друзья молча проследовали за своим конвоиром в камеру, но как только они остались одни, Риччи развернулся к Грегу и произнес:
- Она знает тебя, Грег. Она звала тебя по имени.
- Кто?
- Эта девушка. Ты отошел на пару шагов, она тебя окликнула: “Грег”. Ты что ничего не слышал?
- Нет. Ветер был сильный, а потом раздался выстрел. Кто она?
- Не знаю. Я думал, ты мне скажешь.
- Я ее не видел. Понятия не имею, кем она может быть.
- Да, но твой отец называл ее дочкой. У него же нет привычки всех хорошеньких синьорит так называть?
- Черт его знает, хотя, не думаю. По крайней мере, раньше особой нежности к кому-то я за ним не замечал.
- Ладно, это потом разъяснится. Но, Грегорио, все же мы его нашли! Не зря столько времени на поиски убили.
- Да, нашли. Но если бы чуть раньше. - Грег, задумавшись, теребил отросшую щетину на подбородке.
- Ты о выстреле? - Риччи, как обычно, предпочитал говорить обо всем напрямую.
- Одно из двух. Или это простая случайность, или, что более вероятно, стреляли в одного из нас, но промахнулись. Похоже, те подонки нас все-таки выследили. В этом случае нам повезло, что нас доставили сюда. Здесь им до нас будет сложнее добраться.