Подойдя к третьей по счету нише, Грег аккуратно посветил на нее фонариком. Ниша представляла собой небольшой квадрат, вырезанный в стене, заколоченный двумя досками крест-накрест. Насколько Грег мог судить глубина ее была невелика, от силы сантиметров 40. Стон послышался снова.
- Да заткнись ты! – неожиданно раздалось слева от Грега. Голос был хриплый, усталый и скорее измученный, чем сердитый. – Сколько ты будешь ныть? Итак, тошно.
Грег замер. Сердце бешено забилось у него в груди. Стоны не прекратились, и тот же голос рявкнул:
- Да ты оглох, что ли? Достал стонать! Заткнись! Когда же ты в конце концов сдохнешь? Сколько можно слушать твое нытье!
Снова стало тихо. Грег стоял, не дыша, боясь пошевелиться. Стон раздался снова, и почти одновременно с ним рядом послышался глухой удар в стену.
- Заглохни, я сказал! Ух, добраться бы до тебя, я бы тебе все ребра пересчитал, падаль чертова.
В ответ на это, из того места откуда слышались стоны раздался голос, от которого у Грега по лицу потек холодный пот.
- Эй ты там, ты совсем охренел? Ты что не понимаешь, человеку плохо? Болен он. Он болен, и ему плохо! Вижу, не понимаешь! Тогда послушай меня, если еще хоть одно поганое слово вылезет из твоего вонючего рта, я лично напхаю в него мыла, когда выйду отсюда. Слышишь меня? – гулким эхом разнеслось по туннелю.
Грег вытер пот и осторожно приблизился к нише, откуда доносился этот голос. Не может быть! Неужели он ослышался! Грег приложил ухо к стене, и разобрал тихую речь:
- Потерпи еще немного. Скоро принесут еду и тебе станет легче. Потерпи.
Чтобы не упасть, Грег прислонился к стене, оттер пот и смахнул навернувшиеся на глаза слезы. Он не ослышался! Это был голос Риччи!
Выбить рукояткой пистолета доски и пролезть в отверстие оказалось делом минуты. Он оказался в темной клетке, размером 3 метра на 2, на полу которой на жалкой подстилке лежал мужчина. Склонившийся над ним еще один человек поднял голову на шум. Грег не ошибся, это действительно был Риччи!
Сощурившись от непривычно яркого света, итальянец несколько мгновений вглядывался в Грега, затем его лицо вспыхнуло от удивления и радости.
- Не может быть! – прохрипел он. От волнения у него сдавило горло. – Не может быть! Это ты, Грег?
Наклонившись, чтобы не разбить голову, высота клетушки отсилы достигала метра семядесяти сантиметров, Грег подскочил к итальянцу и они уже сжимали друг друга в объятиях.
- Я! Господи, Ричч, я уже и не надеялся когда-нибудь тебя увидеть!
- Мадонна миа! Да как..
Риччи внезапно осекся, замер и прислушался.
- Тсс. Погаси фонарь. Ни звука. Они идут.
Он быстро снова загородил досками оконце, затем подтолкнул Грега к дальнему углу и заслонил его своим телом.
- Прижмись к полу, не дыши и не двигайся.
Грег замер. Теперь уже и он ясно слышал отдаленный шорох, который быстро приближался. Спустя минуту шорох преобразовался в шаги, потом послышались непонятные звуки, и наконец прозвучал голос:
- Эй, ублюдки, принимайте жратву. Быстрее давайте! Еще время на вас недоносков тратить!
В клетку, где сидели Грег с Риччи, что-то упало. Шаги последовали дальше, затем вернулись.
- Эй, макаронник! – из коридора на Риччи упало крошечное пятнышко света. – Как поживаешь? У меня есть для тебя новости. Послезавтра открывается сезон. Ты будешь первым. Так что подготовься хорошенько. Я за тобой завтра вернусь.
Шаги замерли в отдалении. Риччи встал на ноги и помог подняться Грегу. Лицо его было перекошено от бешенства.
- Как бы ни так, – сквозь зубы тихо процедил он. – Это мы еще посмотрим!
Они подождали еще некоторое время, все было спокойно. Риччи наклонился к Грегу и спросил: