— Платье матушки? — хмыкнула мачеха. — Это не та ли тряпка, какой ты сейчас моешь пол? Извини. Не думала, что это платье...
Сандрильона подняла тряпку и внимательно посмотрела на неё.
— Нет... — выдохнула она. — Быть не может!
Сандрильона закрыла дверь за родственниками и опустилась без сил на пол. Она закрыла лицо руками и громко отчаянно расплакалась.
— Больше... Не могу... Верить... В добро... — всхлипывала она. — Больше не могу...
Внезапно в комнате раздался грохот, будто бы в комнате упало что-то тяжелое. Сандрильона вскочила на ноги и уставилась на источник шума. Стеклянный столик был разбит. На осколках сидела женщина в потрепанном халате.
— Это что еще? — спросила она у девушки.
— Простите? — пролепетала она.
— Что ты делаешь в моем... Ах, подождите. Это не мой дом! Где я, дьявол меня возьми?!
— Вы в доме моего отца...
— О-о-о... — протянула женщина. — Так ты... Сон... Дрин...
— Сандрильона, — подсказала девушка.
— Верно, верно. А я твоя фея-крестная. Вернее, уже просто крестная. Вела я себя, видите ли, не так. Извини, я, наверное, немного переборщила с настойкой из валерианы, — заметила женщина, указывая головой на кота, который теперь валялся и издавал странные, совершенно не кошачьи звуки.
— Я и не знала, что у меня есть фея... Вернее, крестная.
— Теперь знаешь, — резко ответила та. — Значит, собралась на бал, да?
— Нет...
— Слабачки ответ! Сопли подотри и подойди.
Сандрильона повиновалась.
— Из фей меня уже исключили. Но кое-что я ещё могу. Где же это...
Женщина засунула руку в карман халата, обнаружила там дырку, скривилась, залезла в другой карман и с победоносным видом изъяла оттуда ивовый прут.
— Вот!
— Ветка?
Женщина с укором глянула на девушку.
— Ничего не смыслишь в магии, сразу видно.
Женщина прикрыла глаза и направила ветку на девушку. Сандрильона почувствовала, как ее платье начинает рваться по швам. Она вскрикнула и прикрыла дырку на бедре рукой.
— Ой, — женщина обезоруживающе улыбнулась. — Не выходит. Ладно. С платьем не вышло, зато я знаю, с чем выйдет.
Она снова зажмурилась, сделала ивовым прутом взмах. Сандрильона почувствовала, как ее ноги обвивает неведомая холодная сила. Когда она собралась с духом и посмотрела на ноги, обомлела. На ее миниатюрных ножках вместо башмаков красовались хрустальные туфельки.
— Ах! Как это прекрасно!
— Спасибо! На твой размер сложно было подобрать, — проворчала женщина. — Ну вот, пожалуй, и все.
— Совсем все? — расстроилась девушка. — Разве я могу ехать в таком виде?
— А почему нет? За свою любовь нужно бороться, дорогуша.
Сандрильона поникла.
— Сегодня я упустила свою любовь.
— Экая трагедия, — хмыкнула крестная. — Ты все исправишь.
— Но как?
— Не мои проблемы, — отмахнулась женщина. — Сейчас ты возьмёшь лошадь из стойла, сядешь на неё и поедешь на бал.
Сандрильона попыталась возразить, но женщина остановила ее взмахом руки.
— И без выкрутасов. Сделаешь, как я сказала. И вот ещё... Что там было-то...
Сандрильона завороженно слушала.
— Ах, ну да. Как только пробьёт полночь, ты немедленно отправишься домой.
— Но почему?
Женщина недоуменно подняла брови.
— Леди за полночь не остаются. Это признак ужасных манер. Все, по коням!
С этим воплем женщина исчезла точно так же внезапно, как и появилась.
— Без выкрутасов, — бурчала Сандрильона, гладя белую лошадку по спине. — Как будто в жизни все так просто... Ладно, поехали!
Она ловким движением запрыгнула на лошадь, и животное, неодобрительно фыркнув, помчалось вперёд.
Заблаговременно спустившись с лошади, Сандрильона следила за шикарными дамами, входящими во дворец. Она перевела взгляд на своё перепачканное порванное платье и закрыла ладонями лицо.
— Нет, это невозможно. Я только лишь опозорюсь. Да и кто меня пустит в таком виде во дворец?!
Лошадь понимающе фыркнула и боднула девушкой головой, дескать, а может, ну его, этот бал.
— Нет, Эсмиральда, — выпрямилась Сандрильона. — Я пойду туда. Хоть раз в жизни по-человечески повеселюсь!
Она аккуратно вылезла из укрытия, когда кареты с гостями уже уехали, а новые - ещё не успели подъехать, и двинулась к чёрному ходу. Сандрильона ещё издали заметила, что этот вход для слуг. И решила, что прикинуться одной из служанок - идеальный план. Ведь она и в правду практически служанка.
— Это ещё что за горе луковое? — поинтересовалась грузная женщина в белоснежном колпаке. — Ах, ну да. Ты, наверное, заменяешь эту глупую Лизу. И надо было ей разродиться именно во время бала: как будто времени больше нету. Иди за мной...