— Нечего мне там делать. Родным я калекой не нужен, да и крепостные они. Не думаю, что меня там ещё помнят, всё-таки пятнадцать лет отслужил. Поэтому даже в мыслях не было возвращаться. Тем более, что друг у меня здесь, нас вместе демобилизовали.
С этими словами он кивнул на соседнюю телегу, где ехал второй отставной солдат, и продолжил говорить.
— Привыкли мы держаться вместе, вот и добрались до его родного города. Но и тут счастья не снискали. Родные друга, узнав, что мы калеки, совсем не обрадовались нашему появлению, поэтому мы и оказались, считай, на улице.
— Неужели за годы службы не удалось накопить достаточно для того, чтобы устроиться сейчас более-менее нормально?
Солдат на это хмыкнул и произнес:
— Совсем нищим мы не остались и при желании можем даже купить нормальные дома, только смысла в этом большого нет. Если потратим все накопленное, у нас нет другого пути, кроме как на паперть, а нам это совсем не улыбается. Поэтому и решили не торопиться, присмотреться и, может, даже перебраться куда-нибудь в другое место, где можно хоть что-то зарабатывать. Бывших солдат часто берут на работу сторожами, вот и надеялись, вдруг повезёт. Сейчас вот от вас приработок получили, может, так потихоньку и устроимся по жизни.
Бывший солдат говорил это все как-то безэмоционально и размеренно. В его голосе словно слышался какой-то фатализм, типа как будет, так и ладно. Эти солдаты плывут по течению и ничего хорошего от жизни не ждут. По крайней мере такое мнение у меня сложилось после этого разговора. И это при том, что они даже со своими ранениями вполне себе дееспособные. Даже представлять не хочу, как приходится выживать другим бедолагам, потерявшим руки или обе ноги. Жуть жуткая, по-другому и не скажешь.
Проболтали мы с Сергеем, как этот мужик попросил его называть, всю дорогу, и я выяснил о теперь уже своих людях довольно много интересного. Оказывается, все четверо бывших солдат, которых я принял на работу, служили раньше в одной части. Если быть точным, в егерском полку, командовал которым как раз уже знакомый мне генерал. Вот уж и правда мир тесен, скажи кому, не поверят. Но это ладно, главное, я для себя понял вот что понял — эти мужики реально хлебнули за свою жизнь немало, и, похоже, я с ними не ошибся. Если у меня получится организовать для них нормальные условия жизни, вернее людей у меня не будет. Да и кое-какие планы на них у меня появились в поездке. Ведь, как бы там ни было, а какую-никакую команду сподвижников мне по-любому придётся собирать, один ведь в поле не воин, вот и пригодятся эти бойцы в качестве наставников для моих людей.
Думаю, среди своих крепостных я по-любому найду пару-тройку пацанов, пригодных к учёбе, вот и буду использовать солдат для воспитания молодёжи в, так сказать, правильном направлении.
За разговорами время в дороге пролетело незаметно, и когда мы наконец добрались до имения, у меня буквально сразу появилась куча идей и планов.
Всё-таки почивший отец был неплохим торгашом, раз смог не только получить в свою собственность имение, но и подготовить здесь немало всего, что нужно для комфортной жизни своей семьи.
Так, он купил и складировал здесь под навесами все нужные материалы для постройки капитального дома, начиная от кирпича и заканчивая пиломатериалами и стеклом. Нет, дом у нас здесь был довольно большой и построенный на совесть. Выполненный из потемневших от времени огромных стволов лиственницы, он без проблем простоит ещё очень долго, да и внешне он похож терем, которые я когда-то видел на разнообразных картинках. В общем, жилье у нас уже сейчас приемлемое во всех отношениях.
То, что отец хотел построить здесь каменный дом, в принципе понятно, но это стоит делать при том условии, если у нас будут свободные деньги. Нам же сейчас явно не до подобных изысков, поэтому ничего удивительного, что, когда я увидел столько полезных материалов, у меня мгновенно возникла уйма идей, как лучше всего распорядиться этим богатством.
Вообще деревенька, примыкающая к усадьбе, несмотря на неказистый вид топившихся по-черному домиков, мне понравилась, да и сама усадьба тоже.
Располагалось поселение на берегу реки Сейм возле небольшой заводи, в которую впадал довольно широкий ручей или скорее даже небольшая речушка. Местность вокруг поместья была холмистой, поросшей густым смешанным лесом. Только непосредственно возле усадьбы был разбит сад, довольно большой, и с противоположной от реки стороне, на более-менее ровной поверхности раскинулись несколько обработанных полей.