Первый шаг — проверить того парня. Второй — сегодня же, до темноты, съездить на карьер.
Глава 3. Зеркало для подражателя
Вернувшись в участок, я заперся в кабинете с отчётами. На экране, в отдельном окне, была запущена служебная база с функцией распознавания лиц. Я загрузил снимок.Система выдала несколько вероятных совпадений. Третье было точным.
Гаврилов Алексей Васильевич.
Дата рождения:15.06.2025.
Место регистрации:ул. Карла Маркса 41
Примечания:Состоял на учёте в детской комнате полиции за жестокое обращение с животными. Судимостей нет.
(Тёмное Я: Видишь? Мелкая сошка. Ему в 2039-м было четырнадцать. Щенок. Дразнить собак — да. Но проводить чистые операции по исчезновению людей? Бред.)
(Никита: В любом случае, он что-то знает.Стоял не просто так. Надо проследить. Вдруг он… ну, не знаю. Наследник. Или свидетель.)
(Тёмное Я: Карьер ждёт. Сейчас лучшее время — света ещё достаточно.)
(Никита: Карьер подождёт. Сначала — он.)
Капитан отпустил меня пораньше без вопросов — «отработал вызов, оформляй отчёты завтра». Я сел в свою личную машину, не служебную, и поехал на Карла Маркса, 41.
Дом был старый, кирпичный. Я припарковался в двух кварталах, в арке, откуда был виден подъезд. И ждал. Два часа сорок минут. Кофе из термоса, взгляд, периодически скользящий по зеркалам и пешеходам. Ничего примечательного.
В 18:23 он вышел. Тот самый парень, но теперь в другой куртке, с рюкзаком за плечами. Он огляделся пустым, скользящим взглядом и направился не к остановке, а в сторону частного сектора и гаражных массивов.
(Тёмное Я: Куда он так собрался? Интересно.)
Я вышел из машины и пошёл за ним, держа дистанцию в полсотни метров, используя углы домов, заборы, припаркованные фуры. Он шёл быстро, почти не оглядываясь, но его маршрут был не случайным — он уверенно сворачивал в лабиринт проходных дворов и тех самых гаражей, что стояли кооперативом напротив места утреннего убийства.Мы прошли таким образом около трёх километров. Сумерки сгущались. Он замедлил шаг, начал озираться уже с другим выражением — не пугливым, а выжидающим. Охотничьим. Он подошёл к ряду старых, обшарпанных гаражей и замер у узкого проёма между ними, заглядывая внутрь.В этот момент из темноты самого проёма, будто из неё материализовавшись, вырвалась тень. Сильная, стремительная. Рука в грубой рабочей перчатке схватила Гаврилова за горло и рывком швырнула его внутрь, в чёрную щель. Я, затаив дыхание, прижался к холодному железу соседнего гаража и подался вперёд, чтобы видеть и слышать.
Живодёр – Ты что, сучонок, мои трофеи себе присвоить решил? Щенок!
Раздался глухой удар — кулак в живот. Алексей хрипло ахнул и согнулся пополам.
Живодёр – Ты, сука, меня изображать вздумал? Так не позорь! Надо было прятать тело, ублюдок!
Послышались тупые, тяжёлые удары сапогом по рёбрам, по спине. Глухие, отвратительные звуки.
Алексей – Про-прошу… не надо…Я просто… хотел быть как вы…
Живодёр– ЗАТКНИСЬ!
В следующее мгновение в полумраке блеснуло лезвие. Короткое, резкое движение — и тёмная струя хлынула из шеи Алексея на ржавую стену. Хрип мгновенно прекратился, сменившись бульканьем и тихим шуршанием тела, сползающего по стены.
Тень — «Живодёр» — выпрямилась. На миг свет из далекого фонаря упал на его профиль: коротко стриженные седые виски, мощная, короткая шея, тяжёлый подбородок. Не молодой. Сильный. Прагматичный в своей жестокости. Он быстро вытер лезвие о куртку жертвы, сунул нож в ножны и, не оглядываясь, быстрым, спортивным шагом двинулся вглубь прохода между гаражами.
Он уходил. Сейчас.
Я рванул за ним, отбросив всякую осторожность. Он был в семидесяти метрах, сворачивал за угол. Я бежал почти бесшумно, но он, видимо, почувствовал погоню — его шаг ускорился. Он нырнул в узкий переулок, заваленный стройматериалами.Когда я влетел туда через три секунды, его там не было. Только ветер гонял по асфальту пластиковый пакет. Я замер, прислушиваясь. Тишина. Он знал эти места. Исчез.
(Тёмное Я: Вот чёрт. Ты был прав. Малость ,но прав. Это мусор вывел нас на настоящую цель. Он был всего лишь подражателем. Бледной тенью.)
Я медленно выдохнул, разжимая кулаки. Адреналин стучал в висках. Я вернулся к проёму. Алексей Гаврилов лежал в луже, ещё тёплой и липкой. Его глаза, широко открытые, смотрели в промозглое небо. Подражатель. Жертва своего кумира.
(Никита: Да. Упустили. Была идеальная возможность закрыть всё разом.)