— Ну, положим, карты — для отвода глаз, — невозмутимо отозвался Иван. — Мол, картёжные разборки. А что касаемо женщины… Так, если у Иванькова сообщники во Ржеве-Балтийском… то почему не могут быть здесь?
— Хм… — вздохнув, Трофим Василевич покачала головой. — Ну, и что ты сейчас предлагаешь? Как убийство-то доказать? Ну, что это именно Иваньков, а не кто-то другой…
Иван Палыч прищурился:
— Честно сказать? Не знаю. Я же не сыщик, не следователь… Кстати, а насколько вообще могут задержать санитарный состав?
— Пара суток, не более… А потом жандармы могут и сесть в поезд, — начмед снова вздохнул. — Чего о-очень не хотелось бы.
— Вот! Сутки у нас ещё есть… Потому как думаю — искать надо со станции. Как говорят французы — шерше ля фам!
Подумав, в сыскную компанию решили взять и Сидоренко. Ну, как же в таком деле и без коменданта? Иван же ещё подумывал о том шустром следователе… Но, когда уж его искать-то? Да и вообще, может, здесь решили спустить дело на тормозах…
Станция «Шаховская» называлась так в честь княгини Евгении-Фёдоровны Шаховской-Глебовой-Стрешневой, в 1901-м году передавшей свои земли для строительства станции и посёлка. Этим сведениями охотно поделился бравый прапорщик Сидоренко — вместе с доктором они как раз шли по платформе к небольшому вокзальчику. Да, здесь, на Виндавско-Московской железной дороге, всё было небольшим и уютным.
— Одно слов — модерн! — перепрыгивая через замерзшую лужу, вслух заметил Сидоренко. — Хоть и деревянный. До Москвы — верст полтораста, да примерно двадцать пять — до Волоколамска.
— А посёлок-то небольшой, — доктор засунул замерзшие руки в карманы шинели. — Человек триста есть ли? А, Александр Иваныч?
— Да, может и есть, кто его знает? — хмыкнул прапорщик. — Однако, не такая уж и дыра. Рядом разъезд, перегон… Поездов, сам видишь, много, и стоят подолгу. Это я, Иван, насчёт женщин… гм-гм… с жёлтыми билетами которые.
— А, проститутки!
Комендант закашлялся:
— Прямой ты человек, Иван Палыч! Ну да, они. Частенько здесь подрабатывают. Сядут в воинский эшелон — хоть и не положено, да, поди, проследи! Здесь сойдут… обратно до Волоколамска дождутся… Ну и тут времени даром не теряют.
Доктор молча слушал, искренне восхищенный не совсем обычными познаниями прапорщика. Впрочем, что необычного для военного-то человека?
— К слову сказать — так себе дамы, — между тем, продолжал Сидоренко. — Хотя попадаются и ничего себе… Но, так-то, «Шаховская» — станция четвертого класса. Соответственно — и девицы.
— Свидетели говорят — была хорошо одета, — осторожно напомнил хирург.
Прапорщик рассмеялся:
— Это тот солдатик-то? Да что он в женщинах понимает…
— Это — да… Александр Иваныч, а до Москвы тут… часа два, наверное? — поинтересовался Иван.
— Если курьерским без остановки — да, — прапорщик глянул на пробегавших мимо мальчишек, по виду — типичных оборванцев. Такие, да, появлялись, попрошайничали — война… — А пассажирские до войны — почти половину суток шли. Пока у каждого столба постоят.
— Как мы…
— Да мы и за сутки не доберемся! Эшелонов-то встречных — тьма. Северный фронт — одно слово.
У здания вокзала, слева, стояли сани, запряженной пегой лошадкою. Седобородый крестьянин в подпоясанном армяке и треухе деловито сгружал с саней ящики с пирогами. Из распахнутой двери вкусно пахло станционным буфетом.
— Эх, купить, что ли пирожков? — остановившись, Сидоренко вытащил портсигар. — Перекурить, что ли?
— Давай, — отрывисто кивнул доктор. Сам он не курил, но к привычкам других относился терпимо. Тем более, сейчас.
Открыв портсигар, прапорщик вытащил папироску и спички.
— Дяденька! Угости папироской!
Те двое пацанов. Оборванцы! Ишь, ходят, попрошайничают… Видать, некому гнать со станции.
— Я вот вас сейчас угощу! Мало не покажется.
— Саша! Дай, — сжав приятеля за локоть, шепотом попросил доктор.
— Ну-у…
Комендант удивленно присвистнул, но просьбу выполнил, угостил мальчишек:
— Ладно уж — нате!
— Ого! «Герольд»! — искренне восхитился один из оборванцев, на вид лет четырнадцати. — Высший сорт. Небось, по тридцать копеек десяток?
Прапорщик только хмыкнул:
— Это до войны было тридцать.
— Спасибо, барин! — мальчишка аккуратно спрятал папиросы в шапку.
— Дяденьки… — улыбнулся второй, помладше, с круглым, совсем ещё детским, лицом. — А мы знаем, где можно пиво подешевле купить! И спирт.
— А девочек? — незаметно подмигнув сотоварищу, поинтересовался доктор. — Девочек можно у вас тут найти? Но, таких… пошикарней! Знаете, есть тут такая… вся из себя. Одета, словно графиня… плечики набивные, шляпка… вуаль…