В этот момент взорвалось оконное стекло! Просто рассыпалось на сотни осколков, один из которых оцарапал доктору щеку…
— Господи! — Иван Палыч глянул в окно. — Там всадники! Много!
Снаружи послышались выстрелы… Засвистели пули… Впереди тревожно загудел паровоз…
Глава 13
— Какого черта⁈ — не сдержался Глушаков, добавив пару крепких ругательств. — Стреляют⁈ По поезду? Иван Палыч, это шутки?
— Нет, шутить сейчас мне хочется в последнюю очередь! — ответил доктор, вытирая окровавленную щеку — шаркнуло осколком.
— Кто же… стреляет⁈
Арбатов первым сообразил что происходит.
— Варшавские бандиты!
— Вы думаете…
— А кто еще? Пришли забрать свое, — он кивнул на чемодан с документами. — Отчаянные!
— Шприц мне в печень, да с пузырьками! Ввязались опять на свою голову! — выругался Глушаков.
Арбатов осторожно выглянул в окно.
— Целая орда! — выдохнул он.
— Отчаянные, раз решили прямо на поезд напасть! — хмыкнул Сидоренко. — Поезд железный, куда они со своими стрелялками?
— Думаешь, их это остановит? — тихо буркнул Глушаков. — Они вон банк ограбили, а там не только железо было, там и стены в полметра бетона.
— Будем отстреливаться, — ледяным тоном произнес Арбатов, доставая из-за пояса револьвер. — Александр Николаич, оружие есть?
— Револьвер!
— Отлично! Тогда держите двери и окна! Если ворвутся — всё пропало!
Иван Палыч снова выглянул, пытаясь рассмотреть нападавших. Впереди, на гнедом коне, скакал человек в шинели с поднятым воротником, его лицо мелькнуло в отблеске фонаря. Доктор замер: те же острые скулы, тот же холодный взгляд, что видел он в последний раз на перроне.
— Иваньков! — воскликнул он, хватая Сидоренко за плечо. — Это он, сукин сын! Тот, что Бублика зарезал!
— Иваньков? — Сидоренко выругался. — Ты не путаешь? Получается, это его банда! За бумагами Харьковского банка охотятся!
Еще одна пуля просвистела мимо, лязгнув о стальную броню поезда. Вдалеке послышался крик:
— Стой, проклятые! Отдай бумаги! — Голос был хриплым, но доктор узнал его — точно Иваньков.
— Вот ведь… — Глушаков грязно выругался.
Вагон трясло, паровоз набрал ход, но всадники не отставали. Один из них, вырвавшись вперёд, метнул что-то в окно — граната глухо стукнулась о пол.
Первым среагировал Иван Павлович. Не растерявшись, он схватил её и швырнул обратно через разбитое окно. Взрыв грянул в снегу, лошади заржали, несколько всадников отстали, но остальные, с Иваньковым во главе, продолжали погоню.
— Да ты что! — выругался Глушаков. — Мог же ведь погибнуть…
— А какой был выбор? — ответил Иван Палыч, вдруг почувствовав волну адреналина, ударившую в виски.
Гранату он схватил не задумываясь, а сейчас вдруг понял, как в самом деле сильно рисковал. Впрочем, а если бы не схватил и не выкинул — тогда бы уже и волноваться было бы поздно.
— Иван Палыч, давай живо в лазарет! — рявкнул Глушаков, хватая доктора за плечо. — Предупреди всех: раненых, сестёр, санитаров — никому не высовываться! Ни в окна, ни в двери! Пули не разбирают, кто доктор, кто солдат! — Он выругался, потирая повязку на глазу. — И без того санитаров мало, не хватало ещё кого-то потерять! И давай без геройства.
Иван Палыч кивнул, стиснув зубы, бросился в лазаретный вагон.
Поезд трясло. Гудели стылые рельсы. В вихре снежной пыли, мчались всадники — не меньше тридцати, тёмные тени в шинелях и папахах.
«Много же у него подельников!» — отметил Иван Павлович, пробираясь через тамбур. Впрочем, за такие деньги, что сулили ценные бумаги, можно было нанять целую армию.
Лошади вздымали сугробы, ржали, пар валил из ноздрей. Впереди, на чёрном жеребце, скакал Иваньков.
«А ведь казался таким тихим, спокойным…» — подумал доктор.
В лазарете царила суматоха: раненые, разбуженные выстрелами, ворчали и перешёптывались, кто-то пытался встать с койки, чтобы выглянуть в окно. Женя, бледная металась между ними, пытаясь успокоить:
— Лежите, господа, не вставайте, ради Бога!
— Что там, доктор? Немцы? — крикнул солдат с перевязанной рукой, приподнявшись. Его голос дрожал от волнения.
Другие подхватили:
— Стреляют, что ли? Кто это?
Иван Палыч, вскинув руки, повысил голос, чтобы перекрыть шум:
— Тихо, господа! Без паники! Неприятная ситуация случилась…
— Доктор, да ты скажи что случилось! Мы — простые люди, нас ничем не испугаешь, — сказал солдат и Иван Павлович понял — лучше и в самом деле сообщить все как есть.
— На поезд напали бандиты. Приказ начмеда: никому не высовываться, ни в окна, ни в двери!