Глава 11. Град
Град сидел в своём кресле, покуривая сигару. Он ждал полного отчёта с места преступления. Капитан Зорков, получив экспертизу, торопился к Главе города. И когда в дверь постучали, у Града совсем не оставалось терпения.
— Войди, — сдержанно разрешил Град.
В кабинет прошёл Капитан полиции Санкт Берег. Ему было за сорок с небольшим, короткие светлые волосы, голубые глаза, овальные черты лица. Зорков много лет проработал на Града вне закона, но вот место начальника полиции освободилось, и Град не упустил возможности посадить туда своего человека, хоть в городе их было предостаточно, даже в самой полиции.
— Какие новости, Филипп?
— Самые разные, — сухо ответил капитан, присаживаясь в гостевое кресло. — Самое тревожное для меня стало, что мой сын Филипп, помогает полукровке.
— Арт...
— Он самый. Он так осточертел мне за эти годы, Град, — пожаловался капитан. — Но у нас всё новые жертвы. Сегодня недалеко от лесополосы нашли растерзанное тело Марии Кобальт. Все признаки нашего психопата-ликантропа: сердце вырвано, плоть разодрана. Знаешь, в чём вся проблема? — капитан немного помолчал, обдумывая что-то. — Каждый раз жертвы всё моложе. Но, прежде чем мы их находим, люди пропадают на несколько дней. Что с ними этот псих делает всё это время? Следов насилия не было найдено ни на одном теле. Что можно делать с детьми перед тем, как вырвать им сердце, Град?
— Я уже думал об этом, — Град погладил свою жёсткую бороду. — Дело в том, что превращение в оборотней легче даётся тем, чьи кости ещё не сформированы полностью. Соответственно, в эту группу входят младшие частички нашего общества. Наших детей, то есть оборотней — создаёт природа, она делает процесс обращения естественным. Однако, процесс превращения тех, для кого это противоестественно, происходит гораздо сложнее, и невероятно болезненно. Но! — Град поднял указательный палец вверх. — Но для более сформированных людей этот процесс убийственен. Наш ликантроп вырывает сердце во время превращения, когда понимает, что новорождённый оборотень не выживет.
— Но зачем, если он всё равно не выживет? — в ужасе спросил Зорков.
— Вариант с облегчением смерти, думаю, мы можем закинуть в самый дальний ящик. Второй вариант, возможно, ликантроп полагает, что его творение может выйти ему боком, обратившись в такого же, как и он сам. Но больше всех, меня пугает третий домысел. Он поедает сердца безнадёжных, дабы обрести власть вервольфа.
— Подожди, Град. — Зорков тяжело задышал. — Ты думаешь, психопат-оборотень превращает людей, для того...
— Чтобы у него были свои люди. Он совмещает всё и сразу. Обретя силу вервольфа, он станет почти непобедимым. Ему нет смысла жрать сердца людей. А вот оборотней, пусть и не до конца превращённых — смысл есть. И перед тем, прежде чем выкосить весь город, он хочет по максимуму взять с него. Людей, силы, новых созданий, которые будут боготворить его.
— Так, что выходит? Он псих или гений?
— Не поверишь, но это одно и то же. — сказал Град. — Вопрос только в том, откуда ему столько известно об этом...
— Ты же понимаешь, что он уже имеет последователей? Одному такое провернуть невозможно!
— Мы должны выяснить это, Филипп. Может этот парень нам и пригодится...
— Артём Войлов? — сразу сообразил Зорков. — Но он во всём обвиняет Макса!
Град промолчал, многозначительно стрельнув взглядом в капитана.
— Град... — отчаянно усмехнулся мужчина. — Неужели ты допускаешь такую мысль?!
— Филипп, — резко огрызнулся Град, — ликантропы — психи, но мысли их гениальны. Они жаждут господства. Именно поэтому их истребляют. И именно поэтому их так трудно распознать, а точнее, невозможно! Найдём последователей — найдём и главаря! Если это окажется мой сын, поверь, я вырву его сердце лично!
Капитана передёрнуло.