В безмолвии Макс перевёл скорость и нажал на педаль газа. Автомобиль плавно тронулся. Очевидно, что Виттория не получит ответа. Разговаривать у Макса желания не было. На него свалилась куча проблем, одним махом, всё сразу. Бывает же такое, правда?!
Когда они подъехали к двухэтажному дому Виттории, Макс не сомневался, что девушка просто так его не оставит. Всю дорогу она нервно елозила в кресле, видимо, боясь снова отвлечь водителя. Но стоило двигателю стихнуть, как Виттория повернулась к Максу.
— Я не говорила тебе, где живу.
Макс устало вздохнул. На улице поздний вечер, настроение на нуле, остроумность и надменность скрылись в тёмном переулке его внутреннего мира. Теперь он был обычным, вымотанным парнем.
— Рози подсказала. — непривычно просто ответил Макс.
Он заметил и секундное смятение Виттории, отчего слабая улыбка коснулась его губ.
— Что случилось по дороге? Всё было нормально, но стоило произнести его...мм... его прозвище...? Почему ты так резко на него отреагировал?
— Между мной и Градом, скажем так, есть различные недопонимания. Проще говоря, мы смотрим на одну и ту же картину, но с разных ракурсов.
— Недопонимания между тобой и Главой города? — мнительно переспросила Виттория.
— Представь себе.
— Кем он тебе приходится?
— Родственником, и, к сожалению, довольно близким.
— Но он рассказал мне о родителях, — горячо сказала Виттория, — я думала, Град и слушать меня не станет! Всё это было неслучайно: бензин вдруг закончился, я вышла на заправку, баба Лида!
Макс не понимал, к чему она всё это говорит и как между собой связаны все упомянутые вещи, поэтому взглянул на неё немного странно.
— Я собиралась утром покинуть Санкт Берег. — пояснила Виттория. — Но у Люси закончился бензин, и мы остановились заправиться, а там эта бабушка, то есть, баба Лида... в общем, она перепутала меня с мамой. С Катариной. Так я и узнала о Граде, только баба Лида говорила о предыдущем Главе города. Но, как оказалось, прежний Град был знаком с моими папой и мамой. Вот только о самом главном я не спросила. Так была ошеломлена и подавлена, что совсем вылетели из головы слова бабы Лиды.
— Виттория... — Макс хотел сказать, что этот разговор лучше прекратить.
— Выслушай меня, прошу! — Виттория воззрилась на него щенячьим взглядом, а продолжила только после того, как Макс положительно кивнул: — Град сказал, что мама умерла во время родов. У отца было какое-то необычное психическое расстройство, и, не пережив смерть Катарины, он застрелился. Тем временем меня забирает на воспитание человек, который, безусловно, был близок моей маме и почему-то увозит из города в спешке. И всё бы ничего, но вот Град или проговорился, или ещё чего, однако, он поведал, что Леонид никогда не хотел детей, более того, он стал одержим Катариной. Во мне он видел не собственное дитя, а преграду между ним и мамой. — Виттория остановилась, чтобы перевести дыхание. — Баба Лида спутала меня с Катариной, как я уже говорила, и думаю, тебе известно, что у неё болезнь Альцгеймера. Она возвращается в те дни, когда мама была беременна. Не увидев у меня живота, бабуля разнервничалась. Она обвинила в этом Леонида. Понимаешь, что может это всё значить?
С громким вздохом Макс запрокинул голову на подголовник кресла.
— Виттория, зачем ты пытаешься узнать то, что может ранить тебя? Зачем ты разгребаешь прошлое, вместо того, чтобы строить будущее? Разве тебе не хватает уважения к тому человеку, который жизнь свою на тебя потратил? Да, он не рассказал тебе правду! Значит, так нужно! Почему у людей всё так сложно? Бывает хоть иногда так, чтоб ничего нужно не было? Просто так, чтоб всё устраивало? — Макс умолк, прикрыв тяжёлые веки.
— Когда человеку ничего не надо — это значит он мёртв.
— Виттория, послушай теперь меня. — открыв глаза, Макс выпрямился в кресле и посмотрел сквозь лобовое стекло. — У тебя уже есть жизнь. То, что ты узнала уже более чем достаточно. Уезжай из Санкт Берег. Возвращайся домой, в родной город, продолжай жить так, как жила. Продай этот дом или разбери его по кирпичику, неважно. Просто уезжай. И не появляйся здесь больше...
— Макс...
— Это лишь мой тебе совет, я вовсе не заставляю...
— Макс...
— Пойми, скоро тут станет по-настоящему опасно...
— Макс!!! — прикрикнула девушка.
Макс не хотел встречаться с ней взглядом, но машинально повернул голову. Виттория смотрела вовсе не на Макса, как изначально показалось, а в окно с его стороны.