— Вы готовы услышать невероятную историю? — заговорил полуобнажённый Макс, оказавшись в центре комнаты, словно на сцене, и обвёл каждого взглядом.
Его рассказ начинался с бара и встречей с Витторией, но про порошкообразное вещество упоминаний не было. Все присутствующие, особенно трое мужчин — Град, капитан Зорков и Арт — слушали его с предельной внимательностью. Наводящих вопросов никто не задавал. Виттория подумала о том, что сказал Макс ранее: «Два упёртых кретина прекрасно чувствуют твой страх, твоё сердцебиение, и насколько тебе тяжело меня защищать!». Выходит, что обострённые чувства оборотней ловят волны и импульсы, которые исходят от Макса.
— ... я отправил Соню на второй этаж за тряпками, и остался с подарочком наедине...
Виттория исступлённо воззрилась на Макса, а он между тем задержал глубокий взгляд на ней.
— ... я позволил себе дерзость, — вполголоса сказал Макс. — Грубо и цинично вторгся в её личное пространство.
Виттория вдруг почувствовала на себе несколько тяжёлых мужских взглядов, но самый острый из всех принадлежал Арту.
— Мы поцеловались...
— А это имеет какое-то отношение к делу? — нелюбезно перебил Арт.
На лице Макса расплылась язвительная ухмылка и, уводя взгляд от Виттории, он обернулся.
— Не нервничай, мой лохматый приятель, на прямую к делу этот поцелуй не имеет никакого отношения, но к тебе...
— Что было дальше? — требовательный голос Града застыл в воздухе.
— Ничего, — просто ответил Макс, пожав плечами. — Мы прибрались, я, как можно мягче объяснил девушкам, как обстоят дела в нашем городе с монстрами, затем позвонил тебе, а после нас предупредил Виктор о вашем дьявольском плане.
— Виктор...? — с сомнением уточнил Град.
— Каким-то образом он узнал номер телефона Виттории, а она, зная законы, сообщила, что вы не сможете проникнуть в дом, не имея показаний свидетелей. Таким образом, Виттория собиралась выиграть время и убедить вас в том, что я не совершал убийство.
— У нас была твёрдая улика...
— Телефон? — скептически спросила Виттория, тем самым перебивая Града. — Вы всерьёз подумали, что преступник оставит такую очевидную улику?! Конечно, не специально, но только поразмыслите сами! Ранее убийца не оставлял ни единой зацепки, а тут сразу прямая наводка?! Вы все ослеплены беспросветным страхом, который загоняет в угол, и нам прекрасно известно, что происходит со зверем, загнанным в угол — он начинает нападать. Но так, как вы не знаете от кого исходит настоящая опасность, невиновные будут продолжать страдать. Многих вы уже бросили в ямы?
— Девочка, а теперь послушай, — светловолосый капитан сделал стремительный шаг вперёд, а голубые глаза презрительно сузились и угрожающе впились в Витторию. — На свободе разгуливает непростой маньяк, который убивает ради удовольствия или из-за психологических травм, а самое настоящее расчётливое чудовище! Он преследует свои цели и идеи, которые приведут город к необратимым последствиям. И пока что, всё не зашло слишком далеко, мы намерены приложить все усилия для того, чтобы выявить последователей психопата и выйти на самого лидера. — с каждым словом капитан Зорков медленно подходил ближе, пока и вовсе не навис над Витторией и Соней, сидящих на диване. — Но вдруг появляется какая-то девчонка, смеющая нас упрекать в том, что мы всё это время делали что-то неправильно?! Знаешь, что я думаю, Виттория? Тебе лучше вернуться к своей прежней жизни, уехать из города, забыть обо всём и наслаждаться чем-то постоянным, привычным для тебя.
В последнее время почему-то все знают, что для Виттории будет лучше. Ей это изрядно надоело и уже начинало раздражать.
— При всём уважении... но нет. — сказала Виттория холодным тоном. — Я останусь, нравится вам это или нет. Мои родители жили в Санкт Берег, я здесь родилась, и увезли меня не по собственной воле. — не спеша она поднялась и, обойдя диван, положила руки на мягкую спинку. — Недавно мне сказали, что Санкт Берег не любит чужих, но, если я своя — он меня не отпустит.
Это была не принципиальная позиция Виттории, а нечто большее. От стремления как можно скорее покинуть город не осталось и следа. Сегодня она поняла то, что, возможно, могла бы узнать всю историю намного раньше, но её лишили этой возможности. Также Виттория осознала, что ребёнком, который за ней присматривал в младенчестве никто иной, как Макс, и теперь, почти осязаемая связь между ними не казалась надуманной.