— Это… Заячий остров?
— Он самый, — бросил Тео, не оборачиваясь. — Место действительно тихое и укромное, укромнее не придумаешь.
— Но как же… — Рита непонимающе уставилась на руины. Она прекрасно помнила, что видела Петропавловскую крепость не далее как вчера, когда лодочник перевозил их на другой берег Невы. — Когда здесь успели всё разрушить?
— И ты ещё спрашиваешь? — наследник даже остановился, чтобы ответить. — Сколько у вас есть книг об альтернативной истории и параллельных реальностях? Сколько из них написано и даже опубликовано, сколько ещё пишется? И среди них полным-полно сюжетов, где судьба этих краёв, — он широко развёл руками, — складывается совершенно иначе. Каждый такой опус слегка меняет инфрамир, а скопище мыслей с единым вектором дает импульс к появлению нового уголка пространства со своим уникальным ландшафтом.
— Субпространства, — лениво подсказал Тео.
— Можно и так сказать. Но чаще их называют отражениями. Это — всего лишь одно из отражений Заячьего острова. Их множество. Я выбрал самое уединённое.
— Не представляла, что это так работает, — пробормотала Рита, впечатлённая услышанным.
Поднявшись на ближайший холм, они перебрались через разлом в стене и оказались в тупичке, бывшим некогда одним из «лучей» крепости. От замшелого камня веяло умиротворением и сыростью, тишина стояла образцово-показательная, а главное — кроме них троих, здесь не было никого, не считая дюжины зайцев, бросившихся врассыпную при их появлении.
Рита присела на каменный выступ. Идеально. Никаких посторонних глаз, ушей, а главное — гло́ток: вопящих, смеющихся в голос, нестройно подпевающих песням и издающих прочие не самые пристойные звуки. Авось сейчас что-нибудь да получится.
Похоже, об этом подумали все трое, потому что Тео удовлетворённо осмотрелся по сторонам и не без сарказма произнёс:
— Если и сейчас наш сеанс ясновидения не увенчается успехом, я, честно говоря, заподозрю неладное. Например, что нам подсунули фальшивых грифонов.
— Но ведь я была в специальных очках, — заметила Рита. — Сквозь очки грифоны выглядели точно так же, как и без них.
— Да шучу я, — хмыкнул Тео, но хмуриться перестал.
— Вообще-то мне самому невдомёк, почему я не смог почувствовать Чашу, — признался наследник, улыбаясь немного виновато. — Сейчас попробую ещё раз… — он сел прямо на землю, скрестив ноги, руки положил на колени. Рита на всякий случай отошла подальше, дабы ненароком не помешать сакральному действу. Тео, напротив, подался вперёд, всем над душой стояли, сердито подумала Рита, она бы точно ничего не смогла своим видом выражая жадное нетерпение. Если б у неё так увидеть. К счастью, глаза «провидца» были плотно закрыты.
Так прошла минута, за ней другая. Тео ждал, остервенело царапая каменную кладку перочинным ножом. Рита ждала, от скуки наблюдая за зайцами, пасущимися на цветущем лугу по другую сторону полуразрушенной стены — почти все мирно пощипывали травку, кроме двоих, убеждённых, что увеличение популяции своего вида на острове — задача номер один, и сейчас самое время над ней поработать. Так продолжалось довольно долго, но Максимилиан вдруг вздрогнул и неуверенно пробормотал:
— Кажется, я что-то вижу…
Рита тотчас же перестала пялиться на зайцев, вновь вернувшихся к трапезе, а Тео спрятал нож, дрожа от нетерпения. И оба обратились в слух.
— Кирпич… Кирпичное здание. И не одно. Много. Заброшенные, разрушенные…
Рита кисло улыбнулась. Этого добра в Северной столице пруд пруди: спасибо городским властям.
— Набережная канала, окна смотрят на улицу… Второй этаж… Нет, пожалуй, выше. Третий. Повсюду мусор, груды битых кирпичей… Огромные помещения, высокие потолки…
«Высокие потолки».
«Заброшенный завод?..»
Не открывая глаз, Максимилиан нашарил обломок камня и принялся что-то чертить на земле.
— Третий этаж… Туда ведёт лестница без перил. Часть перекрытия обрушилась, нужно ступать очень осторожно… Вокруг никого. Смеркается… В здании нет освещения. Нужно смотреть под ноги… Иначе можно упасть… Нужен свет. Кто-нибудь, дайте свет!.. — Максимилиан резко открыл глаза и тут же зажмурился, ослеплённый ярким солнцем.
— Знаете, вообще-то я не уверен, что… — робко начал он, но ни Рита, ни Тео его не слушали: не отрываясь, они рассматривали фигуру на земле, которую наследник продолжал машинально обводить по контуру. Осознав это, он вздрогнул и отдёрнул руку.
На земле был начертан кривоватый треугольник.
— Гм… Пирамида? — предположил Тео, озадаченно почесывая затылок. — В Эрмитаже, кажется, есть Древнеегипетский зал.