— Второй закон: «Намерение важнее слова». Можно прошептать заклинание на латыни, но если ты в этот момент думает о шарлотке в духовке — ничего не случится. Слова и жесты — это фокус, линза. Они концентрируют твое желание. Но если желания нет, линза остается пустой. Ты не хотела прочитать заклинание. Ты хотела доказать, что у тебя не получится. Вот магия и послушалась. Но если, например, ты насылаешь на кого-то порчу, в девяти из десяти случаях это получится, потому что ты думаешь о желании причинить смертному боль. Важны намерения.
— А третий? — тихо спросила Ваня, уже не глядя на сестру с вызовом. Она покопалась в памяти, но ничего не приходило на ум.
Вита повернулась к ней, и в её глазах заплясали отблески свечей.
— Третий: «Магия не должна оказывать влияние на время». Ни в коем случае нельзя играть со временем, никаких путешествий в прошлое или будущее, это чревато созданием параллельной вселенной или изменением нашей. И никогда не знаешь наверняка, какую цену заплатит мир за твою магию. Последствия непредсказуемы, цена чересчур завышена.
В комнате повисла тишина, нарушаемая лишь потрескиванием воска.
— Бабуля... она не говорила этого, — неуверенно пожаловалась Ваня, выдохнув.
— Говорила. Но ты, как всегда, предпочла не слушать. Возможно, она говорила это, когда ты была в возрасте, когда такая информация не усваивается, что-то между пятью и двадцатью в твоём случае, — Вита вновь открыла гримуар. — Давай попробуем снова. Но на этот раз не «произноси слова». Захоти, чтобы они сработали. Заставь магию подчиниться. И помни, чем ты платишь.
До утра ведьмы читали семейный гримуар, проговаривая заклинания вслух, изредка подшучивая друг над другом и вспоминая бабулю, которая заставляла их в детстве учить базовые заклятия. А с первыми лучами солнца они уснули.
Ближе к обеду, когда весь дом был на ногах, Виталина загорелась идеей испечь огромную шарлотку с яблоками. Её энтузиазмом заразились и дети. А так как от них на кухне больше вреда, чем пользы, а Егор совершенно не умеет готовить, всё легло на хрупкие плечи ведьм. Пока Вита замешивала тесто, Ваня с детьми занималась яблоками. Чтобы выбрать наиболее кислые, каждое яблоко пришлось попробовать обоим детям, потом Ваня пыталась научить их обращаться с ножом, но получила негодующий взгляд сестры, и забрала нож, дорезая яблоки самостоятельно. Когда шарлотка была уже в духовке, а вся кухня и дети в муке, они тут же принялись клянчить шоколадное печенье любимой тётушки, ведь у мамы они никогда не получались такими вкусными. Пришлось снова браться за тесто. Повезло, что кухню ещё не начали убирать.
— Поломай шоколад на маленькие кубики, Кир, вот так, умница, — повернув голову к племяннику, Ваня проследила за его работой и вернулась к тесту.
Когда они засунули печенье в духовку, шарлотка была уже готова. Вита разрезала её на небольшие куски и отнесла тарелки в гостиную. Егор заварил ягодно-мятный чай, и все снова оказались на мягком диване, обедая и обсуждая новости. Кирилл сказал, что в школе ему не нравится. А Ваня ответила, что спустя что к одиннадцатому классу ничего не изменится, нужно просто смириться, за что снова получила укоризненный взгляд сестры. Но за что? За правду? Ведьма возмущенно посмотрела на Виту, играя с ней в гляделки. Их прервала Кристина, сказав, что печенье уже готово.
По пути домой Ваня поняла, что она скучала по Вите. Несмотря на их немного напряженные отношения, сдержанный характер сестры и частые ссоры из-за внимания бабушки, они любили друг друга, хотя и не умели это показывать. А её дети… День, когда она впервые увидела Кира, был лучшим в её жизни.
Начало холодать, ветер неприятно скользил под шерстяное пальто, и Ваня решила купить себе горячий шоколад, чтобы согреться и насладиться его сладостью по пути домой. К тому же ей дали два кусочка пирога. Даже будет чем угостить Вика. Тот, наверное, совсем заскучал по домашней еде, ведь ни Ваня, ни он готовить не любили. То ли дело выпечка.
Дойдя до набережной, Ваня спустилась по лестнице вниз, оказавшись максимально близко к воде, и присела на прохладные ступеньки. Энгельс запрыгнул к ней на колени. Ведьма достала кусочек шарлотки, сняла крышку со стаканчика с горячим шоколадом и втянула носом его сладкий запах. Нева изредка шумела под ногами Вани, посылая слабые волны в её сторону, но ей это даже нравилось. Горячий напиток теплом разливался внутри. Сердце защемило, но уже не от страха, а от счастья. И ей захотелось повторить этот день.
11
Через пару часов начиналась призрачная ярмарка, час надо было отстоять в очереди на ту сторону, и, если так посмотреть, Ваня уже опаздывала. Пунктуальность не была её сильной стороной. Ведьма отказалась выходить без своей остроконечной шляпы, но совершенно не помнила, куда её положила. По-хорошему, нужно было взять и свою теплую мантию, но после прошлогоднего Самайна ведьма ничего не могла найти. Энгельс как мог помогал хозяйке, проходя сквозь коробки, которыми был заставлен балкон, но ничего в них не находил. В чемодане тоже ничего. Шкаф пуст. Внутри дивана были только подушки и зимнее одеяло. Оставалось только одно. Ваня вышла из квартиры и подошла к двери напротив, настойчиво постучав. Затем снова и снова, пока заспанный вампир не открыл ей дверь.