После перекуса они ещё раз искупались в прохладной воде, часок позагорали на пляже, читая в слух стихи Уолта Уитмена. Влад очень хотел поумничать, но Ваня знала многие стихотворения Уитмена наизусть, так что у вампира ничего не вышло.
— О капитан! Мой капитан! — начал Влад, и Ваня подхватила.
— Рейс трудный завершен,
Все бури выдержал корабль, увенчан славой он.
— Уж близок порт, я слышу звон, народ глядит, ликуя,
Как неуклонно наш корабль взрезает килем струи, — продолжил вампир.
— Но сердце! Сердце! Сердце!
Как кровь течет ручьем
На палубе, где капитан
Уснул последним сном.
— А ты хороша.
— Ещё бы, — Ваня смахнула всё ещё влажные после купания волосы с плеча назад, самодовольно улыбаясь.
Потом они прогулялись по экотропе, увидели лягушку, испугались змею, посмотрели на маленький пруд и остановились на лавочке, где от солнца их защищали высокие густые кроны. Влад завалился на её колени, и Ване после долгих уговоров пришлось массировать его голову. После прогулки они ещё немного отдохнули на пледе, доедая остатки арбуза, потом попытались смыть липкие следы от него в заливе, и счастливые прогуливались по берегу. Ваня шла по воде, выбирая менее каменистое дно, а Влад шёл рядом по раскаленному песку. Тошнота, вызванная заклинанием, почти прошла.
— И не скажешь, что две недели назад был снег, да?
В ответ Ваня тихо ойкнула, прыгая в его сторону на одной ноге. Влад поддержал её рукой, обеспокоенно осматривая подругу. Из поднятой ноги, которую она придерживала, на песок капала кровь, заставив десну Влада заболеть. Когда клыки вот-вот должны были появиться, он тряхнул головой и поднял её на руки, прижимая к себе. Стоило обработать рану, в машине должна быть аптечка, так что он понёс её до автомобиля, шагая босыми ногами по песку, а затем по асфальту.
После этого Ваня предложила построить замок из песка, а когда он был почти достроен, Влад на него наступил, она вспылила, быстро поднялась с колен и, хромая, кинулась за убегающим вампиром. Когда всё же догнала его и запрыгнула Владу на спину, он побежал дальше вместе с ней, слушая звонкий смех над своим ухом. Ему пришлось поддерживать ведьму, чтобы она не свалилась с его спины, а она обхватила его плечи тонкими руками. Вероятно, он поддался ей.
Закат они встречали так же на берегу, пододвинув плед ближе к воде, и наблюдали за уходящим солнцем, окрасившим небо в теплый красный цвет. Влад снова положил голову на колени ведьме, она медленно перебирала его густые волосы, и на мгновение ей показалось, что он задержал дыхание. Всего на одно биение сердца.
— Хороший сегодня день.
— Очень. А завтра на работу.
— Завтра нехороший день.
— Очень.
Поездка домой заняла даже больше времени, чем поездка в Комарово, пробка была ещё больше. Уставшие, но счастливые они вернулись домой, чтобы доесть остатки фруктового льда. Температура дома была приемлемой, солнце больше не пекло, поэтому они легли на диван, включив сериал. Энгельс, скучавший по хозяйке весь день, лег ей на грудь, виляя хвостом так, чтобы раз в несколько секунд бить им по лицу вампира, отчего тот начал чихать, но все равно остался, активно обсуждая каждую серию «Баффи», которая убивала его «слишком уродливых и недостаточно правдоподобных» сородичей. Обсуждая сериал, он украдкой смотрел на неё и думал, что даже вечность, полная таких дней, не показалась бы ему слишком долгой.
13
В квартире тихо играла музыка, пока Ваня наводила порядок, вытирая пыль и моя пол. Даже от неё не было столько волос, сколько от Вика. За последние пару дней студия превратилась в помойку его усилиями, хорошо, что вчера он помирился со своей девушкой и съехал. Но в квартире с его уходом стало как-то пусто. И грязно.
Через час в дверь громко постучали, но перед стуком ведьма услышала приближающийся лай маленькой собаки.
Галина Николаевна — соседка снизу, которая, как минимум, раз в неделю поднималась к Ване, агрессивно стучала в её дверь и возмущалась, что ведьма слишком громко ходит, говорит, дышит, и пару раз в год заливает. А недавно она ещё и визгливую собаку завела, которая лает, стоит ей только оказаться поблизости квартиры Вани.
— Доброе утро, Галина Николаевна, как ваши дела? — устало спросила ведьма, открыв дверь. Пёс залаял ещё громче, видимо, чувствуя Энгельса каким-то своим шестым чувством.
— Не дерзи мне, девочка, и выключи свою молодёжную музыку, невозможно сидеть в квартире под твои завывания!