– А неужели нельзя проверить моё ДНК по базам и выяснить все же какие-то данные, хотя бы с какой я планеты?
– Судя по данным ДНК, ты не являлся гражданином ни одной из планетарных колоний, – ответила Лия, потупив взгляд.
– Что?.. – удивился я и озадаченно нахмурился. – Понятно.
♢
Сегодня я проснулся так поздно, что уже ощущал себя довольно голодным. Умылся, оделся и поплелся по коридору, а затем по круглой лестнице, водя кончиками пальцев по шероховатой поверхности её бежевых стен.
Еда в центре была очень вкусная, но спустя три недели я внезапно узнал, что все это время ел “мясо”, сделанное из растений, а не из животных, что слегка разочаровало. Было чувство, будто меня обманули. Хотя, какая мне, собственно, разница, если я даже не смог этого заподозрить.
Ближайший ко мне кафетерий (а в каждом корпусе их было несколько) был чистым, уютным залом с минималистичным дизайном и преобладанием в интерьере белого и светло-оранжевого цвета. Обилие высоких зелёных кустарников, растущих из ниш на полу, приятно расслабляло меня. Их широкие листья ненавязчиво отгораживали зоны со столиками друг от друга, создавая чувство легкой приватности.
Стоило мне войти в зал, в котором я успел уже изрядно освоиться, как какой-то мужчина за столиком вдруг уставился на меня так, словно на моем лбу была нарисована какая-то личная угроза ему.
Я проигнорировал его взгляд и молча прошёл к свободному месту позади и немного сбоку от незнакомца.
Когда я стал выбирать желаемый завтрак из интерактивного меню, встроенного в мой небольшой белый стол, этот белобрысый мужчина вновь повернул голову и искоса посмотрел на меня. А как только я поднял свой взгляд, отвернулся.
Когда это вновь повторилось, моё терпение резко закончилось и желание разобраться, в чём дело, затмило утренний голод.
Я встал, преодолел расстояние до его столика за две секунды и оперся ладонью о поверхность стола, отчего незнакомец едва не поперхнулся собственным супом, распахнув глаза от неожиданности.
– В чем дело? – хмуро потребовал я ответа, прищурившись так, словно планировал отобрать у него его деньги, жену и собаку.
– Э-э... прошу прощения?
– Проблемы какие-то? – я опомнился, что мы не в переулке и перестал опираться на стол, запоздало стараясь придать выражениям максимально вежливый тон.
– Нет, – сказал он таким голосом, как если бы был партизаном на допросе.
– Вы смотрели на меня, будто что-то не так.
– Мне показалось, что я вас где-то видел, – наконец сдался он.
Я прищурился, на этот раз заинтересованно, и даже слегка улыбнулся.
– Это довольно-таки интересно. Позвольте присесть? – казалось, я вмиг превратился в жеманного джентльмена.
По лицу его было понятно, что он, мягко сказать, не в восторге от перспективы общения, но он молча кивнул.
Я уселся напротив него.
– Итак, – спросил я в нетерпении, – где вы могли меня видеть?
Мужчина, кажется, не понимал и совершенно не разделял моего энтузиазма.
– Точно не помню, – сказал он, потупив взгляд и ковыряя усердно какой-то красный салат на тарелке.
Торговаться. Нужно как-то его уговорить.
Я пытливо рассматривал простое, слегка одутловатое лицо человека, стараясь придумать, что я мог бы ему предложить.
Деньги. Но здесь всё бесплатно, да и я ещё ничего не своровал, чтобы это могло его заинтересовать (о чем прямо сейчас даже слегка пожалел). Он явно чувствовал себя неуютно и даже как будто… боялся меня?
– Если вы скажете всё, что знаете, я гарантирую Вам, что больше никогда к вам не подойду.
Он поднял взгляд, впервые, кажется, по-настоящему заинтересовавшись.
– На самом деле я действительно не уверен… – начал он нерешительно и снова замолк.
– Да хватит уже ломаться! Это важно… – я в последний момент сдержал пару ругательств, посмотрев на него весьма выразительно.
– Хорошо, хорошо! – он сглотнул и шумно вздохнул. Затем выдавил сдавленно:
– Кажется, мой брат вас разыскивал.
– Брат? – я нахмурился.
– Да. Мой брат работает в ОМС [3]… и… ваше лицо… оно. Было там.
– Где “там”?
– Особо опасные личности. В розыске, – едва дыша вымолвил он, словно боялся, что я заколю его его же столовым прибором, даже если это окажется ложка.
– Ясно…
Мне стало всё вдруг предельно понятно в его поведении. Крайчики моих губ неожиданно поползли вниз. Я невесело усмехнулся.
– А имени ты не помнишь?
Он покачал головой.
– Ничего больше не помнишь? – настаивал я.
– Нет, – сказал он, не шевелясь.
– Да успокойся ты, ничего я тебе не сделаю! – не выдержал я наконец. – Видишь, никакого оружия. Ничего особо опасного, – я демонстративно потряс руками в воздухе.