На одном дыхании проговорив собственную формулу открытия тайников и надеясь, что в этом мире она ее тоже придумала, Санни ничего не понимая уставилась на вылезший сбоку потайной ящик. Там лежала всего одна книга: «Дневник Александры Мануэлы Прюэтт», который она вела когда-то в школе, описывая все свои злоключения.
Бегло пролистав первые страницы, Санни удостоверилась, что дневник именно тот самый, а не просто похожая книжица. Отличия от привычной ей реальности начинались примерно с сотой страницы. Будущая Александра Нотт описывала, как обидел ее Рабастан, поцеловавшись с Линдой Маршалл, что она не хочет иметь с ним ничего общего, и что, если Нотт предложит ей на свидании пожениться, то она немедленно согласится.
Санни припомнила то свидание — с Магнусом, тетушкой Мюриэль и Августусом Руквудом — да, именно там мистер Нотт сделал ей предложение. Хотела посмотреть, что писала Александра про совместную жизнь с Магнусом, но не успела, в комнате появился незнакомый домовик.
— Жена хозяина желает спуститься в столовую или будет завтракать в своей комнате? — проскрипел он.
Санни, стоя вполоборота, подтвердила, что сейчас спустится в столовую, и попыталась быстро и незаметно убрать дневник обратно в тайник. Наверно, именно поэтому она не заметила шокированного выражения лица эльфа.
— Завтрак начнется через пять минут, — как-то неуверенно добавил эльф и исчез.
А Санни, наконец разобравшись с тайником и быстро оглядев себя в зеркало, вышла из комнаты. Столовую она нашла достаточно быстро — помнила планировку замка Ноттов по нескольким частным визитам — и, обворожительно улыбаясь открыла тяжелую дверь, за которой ее должен был ждать Магнус Нотт.
«Что ему там нравилось?» — Санни тщетно пыталась вспомнить не менее тридцати секунд, но потом решила, что очаровать собственного мужа должно быть несложно.
Тем более, он ее действительно ждал, откинувшись на высоком кресле с резной спинкой. А на Магнусе, недвусмысленно ерзая, восседала какая-то девица в ночнушке. Когда Санни вошла, она, заливисто хохоча, как раз пыталась накормить ее мужа с ложечки.
Шокировано оглядев представшую перед ней картину, Санни все же нашла в себе силы поздороваться. Магнус Нотт кивнул в ответ, а девица, резко развернувшись, воззрилась на нее, как на привидение. Впрочем, уже через мгновение, согнанная с колен и получившая шлепок по заднице для ускорения, она побежала к двери, успев лишь злобно зыркнуть на Санни.
Лишь когда Санни уже села за стол, рядом с Магнусом вдруг появился эльф, объявивший, что хозяйка изъявила желание позавтракать в столовой.
— Я уже понял, иди, — небрежно кивнул Нотт, и перевел взгляд на Санни, неуверенно разглядывающую омлет. — Что-то случилось?
— Все в порядке, — с той самой улыбкой, которая, по ее прогнозам, должна была очаровать Магнуса, ответила Санни. — А что?
Вопрос был глупым, флоббер-червю понятно, что она, своим появлением, нарушила Магнусу планы на утренний секс, но Санни слишком хотелось посмотреть, как он будет выкручиваться.
— Ты не спускалась завтракать в столовую уже больше десяти лет, — не поменявшись в лице, ответил ей Магнус.
Поймав его внимательный взгляд, Санни чуть вздрогнула. Да, с такой точки зрения ее поведение смотрелось крайне странным. Просидев не меньше минуты в судорожных попытках придумать, почему же она вдруг решила встретиться с мужем, Санни решила, что шанс завязать нормальный разговор у нее один — сын.
— Как Теодор? — попыталась спросить она как можно более безразлично.
— Ты вспомнила о его существовании? — Магнус делано расхохотался. — Впервые за двенадцать лет. Прогресс, думал, ты и имени не знаешь. Сегодня какой-то день открытий!
Санни захотелось спрятаться под стол. Ну кто же знал, что предшественница была настолько плохой матерью. Она все пыталась понять, как выбраться из ситуации, но Магнус уже позвал эльфа, а тот протянул Санни письмо. Буквы плясали на дешевом ученическом пергаменте, на краешке виднелась неаккуратная клякса и в каждом слове — по ошибке. И Санни невольно вспоминала Себастиана — вот уж у кого послания домой были идеальными. Ровный почерк, безупречная грамматика… Одно, правда, на обороте эссе написано, но в остальном — золото, а не сын.
«Здравствуй, отец!» начиналось письмо. Санни просмотрела его целиком, невольно продолжая сравнивать их с Себастианом. С первого взгляда мальчишки казались безумно похожими: оба порывистые, чуточку резкие, может — слишком эмоциональные. Но Теодору не доставала какой-то ухоженности или домашнего тепла.