Такие разные взгляды встретили ее. Мамушка, родная, добрая, смотрела на нее с нежностью, но в уголках ее глаз блестели едва заметные слезы. Марко хмурился и искоса смотрел на сестру. Молчание затягивалось, но Мамушка спасла Кассандру от начинающейся паники:
- Молодец! Чего смотришь так? Ты умница девочка моя! Ваш злыдень начальник рассказал нам уже, каких успехов ты добилась! Иди же ко мне, дай обнять! А ты чего встал? Ну-ка обними сестру! Живая вернулась! К тебе, между прочим! - Марко посмотрел на сестру, и Кассандра сделала шаг, потом еще один и еще...
Она рыдала, рыдала от всей души. Это были и слезы сожаления, и одновременно счастья, что она вернулась к единственным родным для нее людям в этом мире. Она просила прощения через каждый всхлип. Рассказывала, о том, что было с ней, и как пожалела о своем решении, и как ей было плохо без них. Шептала о том, как скучала и переживала. Девушка открыла им все, что наболело за эти недели в ее сердце. А Мамушка гладила ее по голове, как маленькую и успокаивала. Только Марко, словно стал еще несчастнее, и в глазах его не было привычного задора.
- Все-все, моя хорошая, хватит слезки лить. Такая краса, а лицо красное будет - не хорошо. - Кас улыбнулась сквозь слезы. - Ладно, дети. Вам есть о чем поговорить. Я домой пойду. А то исхудала наша принцесса, за шваброй и то не видно будет. Обед-то сам не приготовится!
Мамушка не обижалась на Кассандру. Все они пока еще дети, по крайней мере, в душе. А дети - они такие, могут нашкодить, но ведь признают, когда не правы, понимают. И учатся они именно на своих ошибках. Говори, учи, доказывай - ничего не поможет, потому что у каждого свой жизненный путь.
Они проговорили очень долго, после ухода Мамушки. Кас пыталась сделать разговор мягким, подбирала фразы, но Марко понял ее еще с первого предложения.
- Ты мой брат и я тебя очень люблю и никогда не придам. Мы связаны с тобой и всегда будем вместе во всех мирах...
- Но...
- Но я прошу тебя не давить на меня. Мне приятна твоя забота, но иногда она бывает чрезмерной. Я ведь уже взрослая. Я должна сама научиться принимать решения. Ты не сможешь опекать меня постоянно. Когда-нибудь у тебя будет и своя жизнь. Найдешь свою единственную, и не сможешь быть со мной также часто, как сейчас.
- Кас.
- Не перебивай, пожалуйста. Это обязательно случится. Я знаю. Потому что такой невероятный мужчина как ты не сможет всегда быть один. А что тогда делать мне? Если я так и не научусь жить самостоятельно? Я не отказываюсь и никогда не откажусь от тебя, но прошу ослабить контроль и дать научиться решать самой.
- Хорошо, принцесса. Я согласен. Я буду держать себя в руках.
Они сидели на небольшом диванчике, Кассандра грелась в его объятьях и слушала мирный стук сердца в его груди. А Мар, словно укачивая, поглаживал ее спину.
- Только больше никогда не убегай от меня... пожалуйста... - тихо добавил он.
- Никогда...
- Так, семейство! Вы оккупировали мой кабинет слишком на долгое время. Мне нужно работать! Поэтому идите-ка домой. - Алекс прошел к своему креслу. - И еще, Кассандра, поздравляю. Теперь ты официально Верхний Руководитель. Начальник аналитического отдела. Приходи утром, покажу тебе кабинет. - усмехнулся мужчина.
И это был самый лучший день за полкруга ее нахождения на «Санрайс». Потому что ее, наконец, признали равной два важных человека этого мира - брат и начальник. Случилось то, о чем она так мечтала, к чему уперто стремилась.
- Но обучение твое еще не закончено... - Алексу было интересно посмотреть на ее лицо, и оно того стоило.
Протяжный жалобный стон отразился от стен кабинета...
ГЛАВА 9.
"ЭТО НЕНОРМАЛЬНО, ЕСЛИ ЖЕНЩИНА ЧИТАЕТ.
СКОРО У НЕЕ ВОЗНИКНУТ ИДЕИ, И ОНА НАЧНЕТ ДУМАТЬ..."
(М/Ф КРАСАВИЦА И ЧУДОВИЩЕ)
Кассандра пришла на работу к восьми часам. В огромном здании встречались редкие сотрудники, в основном работающие в ночной смене. В столовой вовсю трудились кухарки. Манящий аромат воздушного омлета привел Кас прямо к ним. Несмотря на то, что Мамушка накормила своих чад завтраком еще с рассветом, «Говорящая» не смогла отказаться от аппетитного кусочка, предложенного Анией.
Александр сидел в кабинете окруженный стопками исписанных листов, лицо его хмурилось, и было видно, что мужчина сосредоточен на своей работе. Подождав несколько минут, пока на нее обратят внимание, но, так и не дождавшись реакции, девушка громко сказала: