Макс адаптировался, жизнь особо не изменилась. Всё так же приходилось ходить на работу и копить баллы, именуемые теперь не социальным рейтингом, а личной кармой. Тем не менее, карму можно было посчитать цифрами. На старте карма у Макса была не самой плохой, всё же жертва корпократии, вырвавшийся из узилищ пенсионного фонда. О нём даже фильм сняли, в котором в разрезе показали, как он лишался органов, лишь бы найти пропитание своему мозгу. Карма у Макса выросла в потолок, но мимолётную славу сменили серые будни. Оставалось жить еще лет пятьдесят, молодое тело цвело, а разум Макса буксовал. Работал он спустя рукава, и через какое-то время ему предложили кое-что в черепушке подправить, всего-то делом, вживить чип, которые вас стимулирует. Операция – не сложнее, чем зубную пломбу поставить, зато вы всегда будете хотеть делать всё, что захотите. Достаточно выбрать программу. Спорт – так спорт, хоть марафон пробежать, и, если вы умрёте на середине дистанции – мотивацию не потеряете. Рекламный аргумент Максу показался сомнительным, но презентация убедила, интерфейс дружественный, и система настроек гибкая, а цена подписки на дополнительные опции, вроде сексуальной или творческой активности, - вполне умеренная. И вправду, операция оказалась быстрой и безболезненной, Макс легко освоился с управлением, и дело пошло. Правда, мелкий текст в соглашении подразумевал, что товарищество, на которое он теперь работал, получало доступ к его профилю мотивации. Что ж, Макс готов был пахать восемь самоотверженных часов в день на товарищество, исключая обеденный перерыв и выходные, ради того, чтобы по полной наслаждаться жизнью в остальное время. Но, когда ты можешь захотеть всё, что хочешь захотеть, жизнь становится не такой уж весёлой. Еще в старые времена, купив робота-уборщика, он понял, что нужен отдельный робот, который будет включать робота-уборщика. С чипом мотивации возникла такая же проблема. Макс не знал и не мог выбрать направление, в котором бы хотел иметь максимальную мотивацию, или даже мотивацию пожиже, настройки то гибкие. Когда вышло обновление, Макс заложил половину имущества, лишь бы чип заработал на него, а не на товарищество. Обновление требовало частичного секвестра нервных тканей, и пришлось кое-чем пожертвовать, в том числе – ранними воспоминаниями.
Когда от мозга Макса ничего не осталось – его отправили в приют. Условия содержания здесь были лучше, его личность постарались воссоздать из архивов, и получилось вполне себе сносно.
Конец