— Там во дворе зашел, здесь вышел! — Аня явно шутила неудачно.
«А вот оно что, они наркоманы…»
— Вы что, травку курите? — на всякий случай спросил Иван, интуитивно чувствуя, что здесь дело совершенно в другом. — Мне некогда вас слушать! У меня срывается самая главная встреча в жизни — со спонсором! — Иван хотел было отстранить Аню, но следующая фраза Андрея остановила его:
— Отпусти его, Аня, пусть идет! Поблуждает в лесу дня два-три, озвереет, изголодается, и если медведь или кабан его не раздерет — вернется. А когда вернется, тогда и поговорим.
— Так!..
Иван развернулся и в два прыжка вернулся на свое место на лавке.
— Ну, давайте выкладывайте, черт возьми, о том, что у вас здесь происходит, только быстро! Но как только я вас выслушаю, вы мгновенно вернете меня в Москву!
— Когда ты нас выслушаешь, ты сам решишь — остаться тебе здесь или возвращаться в Москву. Помнишь, что сказал тебе Снегин незадолго до гибели?
— Одну фразу всего и сказал, что-то вроде: «Когда придет время, сделай правильный выбор!»
— Так и сказал? — переспросил Андрей, поглядев на Аню. Они перебросились такими переполненными смыслом взглядами, что Ив понял — здесь сокрыты целые тома тайн и загадочных историй.
— Как думаешь, что это значит?
— Смутно, наверное, он имел в виду… У меня есть предположения, но они какие-то противоречивые.
— Рассказывай! — скомандовал Андрей.
— Ну, он, видимо, как-то предполагал, что я окажусь в том дворе… и хотел, наверное, чтобы в этот момент я не побоялся протянуть ему руку. Но это же невероятно! Как он мог об этом знать?
— Так или иначе, но это произошло, и ты очутился здесь!
— Вот именно! Тогда его слова могли означать другое: может, он имел в виду, когда я встречу вас, то сделать правильный выбор, но какой? Вы-то хоть знаете, о чем он говорил?
— За несколько недель до смерти Снегин знал, что уйдет, и очень боялся, что не успеет передать свой дар. Тогда он вызвал из Китая мастера Лоу, чтобы тот помог найти его преемника…
— Китаец искал ребенка, он искал детей в свою школу!
— Не только это, — уверенно сказал Андрей, словно был личным секретарем китайца. — Он делал здесь много дел. Одним из них было найти тебя!
— Меня?! — Ив почувствовал, что душа его оборвалась, упала куда-то вниз. — Что это значит?
— Это значит, что ты — один из нас!
ДРУГАЯ РЕАЛЬНОСТЬ
— Попей, Иван, и успокойся! — Андрей наполнил до края кружку молоком из кувшина и протянул ее Ивану.
— Так это же молоко! — скривился Иван. — Вы что, хотите, чтобы я умер?
— Ну да, и снова воскрес! — пошутил Андрей. — Молоко, Ваня, это ум в жидком виде. Оно несет информацию в мозг, только молоко способно раскрыть клетки мозга на восемьдесят процентов.
— Это что, реально? Я читал, что у всех людей в лучшем случае работает процентов пять.
— Это реально. Ты в детстве мамино молоко пил — и всю информацию о мире перенимал, в себя всасывал. А теперь этих знаний недостаточно. Теперь твой компьютер, — Андрей постучал пальцем по голове, — нужно перезарядить. На молоко я записал все то, что тебе необходимо знать. Слова можно забыть, а информация остается и в нужный момент всплывает!
Андрей бережно, чтобы не пролить, налил и себе полную кружку и отпил два глотка, словно это не молоко, а нечто особенное. «Странный какой», — отметил про себя Иван.
— Это, Ив, натуральное молоко из-под чистой домашней коровы, которую никто не пугает и не хочет убить, от этого ее молоко по-настоящему целебное. Ты теперь, считай, родился заново, значит, тебе необходима новая информация! Поживешь тут, попьешь — помудреешь. — Андрей так улыбался, что тонкие лучики морщинок как-то по-доброму разбегались от его глаз, которые лучились светом и добротой.
Иван скривился — ведь только что пробовал, не пиво же, чтоб его такими порциями заливать, но чтобы не обидеть хозяев, пригубил и налег на каравай — тот был действительно потрясающий.
— И каравай этот не из дрожжевого теста, и замешивается руками, — нахваливал Андрей. — От рук сила идет, и мысль, особенно если чистая, в этот хлеб добавляется. А если еще и любовь… Представляешь, от такого хлеба, который по древним рецептам изготовлен, можно летать по небу, как истребитель. И никакой другой пищи не надо, потому что в зерне сохраняется сила, понимаешь?!
Иван жевал, всем своим видом выражая полное удовлетворение. Действительно, никакой другой еды ему больше не надо!