ГЛАВА 11
Джулия тянет время. Тэд получает нагоняй на радиостанции. Разговор Круза и Сантаны на крыше ресторана. Перл изучает «свою» историю болезни. Джулия и Дэвид ужинают в загородном доме.
Джулия проснулась, когда уже стемнело. Услышав рядом с собой равномерное дыхание Дэвида, она решила, что нельзя терять время даром.
Накинув халат, она осторожно спустилась вниз и сразу же направилась к каминному выступу. Сняв кирпичи, она сунула руку в тайник и достала оттуда завернутую в полотенце гантелю.
Осторожно ступая по дощатому полу, чтобы не привлечь внимание Дэвида, она подошла к стулу, на котором лежала сумка Дэвида с его теннисной экипировкой. Открыв боковой карман, она принялась торопливо засовывать туда сверток.
Спустя несколько мгновений все было кончено. Улика лежала в том же месте, где Джулия ее обнаружила.
Она уже ставила сумку на место, когда в комнате щелкнул выключатель и загорелся свет. Словно обжегшись, Джулия бросила сумку на стул и обернулась.
На лестнице стоял Дэвид, одетый в ночной халат. На лице его была написана подозрительность.
Не зная, куда девать руки, Джулия стала нервно поправлять прическу.
— Что ты делаешь в такой ранний час? — спросил Дэвид, спускаясь по лестнице.
Джулия натянуто улыбнулась, пытаясь изобразить естественность в поведении.
— Уже шесть часов вечера, и я решила приготовить ланч…
Ее нервозность была столь заметна, что Дэвид недоуменно спросил:
— А не поздновато ли для ланча?
— Думаю, что нет, — она развела руками, — ведь мы полдня проспали.
Он подошел поближе и попытался обнять ее.
— В таком случае не лучше ли провести остаток дня в постели?
Джулия нервно улыбалась.
— Хорошо. Давай тогда превратим ланч в ужин. Разве ты не проголодался?
Они оба играли в игру, но пытались сделать вид, что не подозревают о намерениях друг друга.
— Ладно. Согласен, — кивнул Дэвид. — Ты можешь приготовить ужин.
Джулия радостно тряхнула головой.
— В таком случае я пойду на кухню.
С облегчением избавившись от необходимости продолжать разговор, она быстро пошла в соседнюю комнату, где располагалась небольшая кухня.
Дэвид сделал вид, что интересуется продуктами, выставленными на столе. Он достал из небольшой корзинки бутылку шампанского в золотистой обертке и крикнул:
— Шампанское еще холодное.
Однако на самом деле его внимание привлекала сумка.
— Сейчас я пожарю цыпленка, — крикнула из кухни Джулия. — Еще у нас есть спаржа… Ты любишь спаржу?
— Это мой любимый овощ, — ответил Дэвид. Пока Джулии не было в комнате, он подошел к стулу и, взяв сумку, взвесил ее на руке: судя по всему, гантеля была там. Стоя спиной к двери на кухню, Дэвид не видел, что Джулия осторожно наблюдает из-за двери за его действиями.
Сделав вид, что еще находится на кухне, Джулия крикнула из-за двери:
— Мы можем еще разогреть хлеб.
Дэвид положил сумку на место и прошелся вдоль стола.
Когда Джулия вышла из кухни, он с милой улыбкой обратился к ней:
— Давай наплюем на всю эту возню с ужином. Пусть я спятил, но я не хочу отпускать тебя ради какого-то ужина.
Он подошел к ней и снова заключил в свои объятия. Она сдержанно ответила на его поцелуй, положив голову к нему на плечо.
Сейчас Джулия молила бога лишь об одном — чтобы Дэвид ничего не заметил. Иначе ей несдобровать.
Ситуация все больше осложнялась. Наступил вечер, и шансы Джулии на спасение становились все более призрачными. Если на помощь не придет какой-нибудь счастливый случай — она обречена.
Джейн Уилсон, редактор радиостанции «Кей-Ю-Эс-Би», была вне себя от ярости. Выпустить в эфир почти друг за другом два взаимоисключающих интервью — окружного прокурора и полицейского инспектора — было явным нарушением эфирной политики радиостанции. Она возражала против этого, но Тэд Кэпвелл поступил по своему усмотрению.
Оба интервью наделали много шума. И сейчас к радиостанции будет привлечено излишнее внимание со стороны. Это никак не входило в планы руководства.
Разумеется, во всем был виноват Тэд.
Джейн отчитывала его в присутствии Хейли.
— Мне следовало выгнать тебя за интервью с Кастильо…
Но Тэд не намеревался сдаваться.
— Мы обязаны объективно освещать спорные вопросы. Вспомни древних — выслушай и другую сторону.
— Ты определяешь вещательную политику станции? — воскликнула Джейн.
Явно нервничая, она то и дело поправляла съезжающие на нос очки.
— Джейн, я ознакомился с правилами, — сказал Тэд. — Если мы не будем их выполнять, нас лишат лицензии на эфирное время. И я убежден в правильности своего решения! Мы поступили объективно. Это интервью пойдет в наш актив. Общественность увидела, что мы не зациклены на какой-то одной точке зрения, а предоставляем возможность высказаться всем заинтересованным сторонам.
— Но ведь ты самовольно выпустил его в эфир! Предупреждаю — если ты не будешь следовать моим указаниям, то в следующий раз все закончится очень быстро. Твоим увольнением.
— Отлично! Отлично! — воскликнул Тэд. — Я все понял! Я уверен, что именно так ты все и сделаешь.
Очевидно, он тоже разнервничался, потому что, поворачиваясь, задел рукой стоявшую на столе чашку с кофе. Черная густая жидкость разлилась по полу.
— Черт побери! — выругался Тэд.
Хейли, которая находилась в комнате, тут же бросилась на помощь.
— Я уберу, — сказала она.
— Нет, нет! — закричала Джейн. — Пусть Мистер Объективность убирает это сам.
— Хорошо, хорошо… — хмуро сказал Тэд. — Но позволь заметить, что сейчас у меня заканчивается музыкальный номер. Надеюсь, ты не будешь возражать, если я поставлю музыку?..
— Хорошо, — ответила, скривившись в издевательской улыбке, Джейн. — А потом ты возьмешь швабру и вымоешь пол!..
Тэд молча проглотил это оскорбительное высказывание и направился в студию.
Хейли, которая вернулась в комнату с ворохом бумажных салфеток в руке, нагнулась над пролитым кофе и стала вытирать его.
Это вызвало недовольство Джейн.
— Хейли, прекрати! — заявила она. — Это не твоя работа!
Хейли отмахнулась от нее.
— Да какая разница…
— Не стоит! — продолжала упорствовать Уилсон. — Ты выполняешь все его прихоти… Не забывай: у женщин в этой стране равные с мужчинами права! На нашей станции мы придерживаемся такой же ориентации.
— Джейн, не забывай, что я совсем недавно работаю на вашей станции… — продолжая возиться с салфетками, ответила Хейли.
— В твои должностные обязанности не входит уход за мистером Кэпвеллом. Ты не горничная.
— Но я работала в доме Кэпвеллов, — возразила Хейли.