Джина с любопытством перегнулась через стол.
— Именно так ты и поступал?
Локридж самодовольно усмехнулся.
— Да. И неизменно был в выигрыше.
Джина с сомнением покачала головой и хитро улыбнулась.
— Но ведь так, по триста пятьдесят долларов, не выиграешь шестидесяти тысяч. Что-то ты заливаешь.
Лайонел л покачал головой.
— Да. Ты все верно поняла, Джина. Я очень хотел сыграть в рулетку по-крупному. Это было заманчиво, и в то же время боялся — ведь все могло полететь к чертям собачьим. Пару раз не повезет и я останусь без гроша в кармане…
Джина хитро сощурила глаза.
— Ты рискнул?
С хитрой улыбкой Локридж огляделся по сторонам и откинулся на спинку кресла.
— Разумеется. Ведь что такое восемьсот долларов выигрыша, если можно было хватануть по-крупному.
Итак, у меня было восемьсот долларов, то есть восемьдесят жетонов по десятке.
Я прикинул в уме, оказалось — три игры, если каждый раз я буду проигрывать. Но это было бы невезением из невезений. Своего рода «знаком свыше» от сил, в существование которых я не верил. Это было бы знаком того, что моя затея нелепа и что мне следует как можно скорее снова зарабатывать себе на хлеб насущный и не гоняться за журавлями в небе. Но я не сразу решился на это…
Джина усмехнулась:
— Что — пошел спросить совета у судьбы?
Локридж рассмеялся.
— Да. Что-то вроде… Сначала я отправился в туалет и долго смотрелся в зеркало. Ты не поверишь, но я разговаривал сам с собой. Успокаивал себя. Дескать, ну, если проиграю — ничего страшного. Денег у меня и так не было. Ну, а тут удача разок улыбнулась и все… Другим приходится гораздо хуже, чем мне.
Джина тоже рассмеялась.
— И что же тебе посоветовал человек в зеркале?
— Он улыбнулся. Вот так-то. Человек в зеркале сказал мне — ни пуха, ни пера, дуралей, давай старина Локридж…
Потом я вернулся назад к зеленому сукну. Возле стола стояло трое одетых в смокинги крупье. Ну, ты сема представляешь… Лас-Вегас… Казино «Рояль»… Все очень изысканно. Я даже почувствовал себя, словно охотник или рыболов. Мне казалось, что я подбиралось к омуту, или к горной речушке, где, как я знал, пряталась крупная рыба.
Ты не представляешь как я волновался!
Но я не сразу стал играть. Я еще постоял и посмотрел, как играют другие. Мне хотелось узнать, повезет ли сегодня еще кому-нибудь. Сама понимаешь, что дважды в одну воронку снаряд не падает. Если до меня кто-нибудь выиграет крупную сумму, то мне уже наверняка не должно было повезти.
Я наблюдал очень осторожно.
Сначала шарик остановился возле цифры «е», как сейчас помню. В следующий раз вышла цифра «9, А потом — «21». Но никто не выиграл по-крупному. Так мелочевка…
Тогда я сделал ставки.
Я выставил двадцать восемь жетонов из своих восьмидесяти… Девять незакрытых гнезд я поставил на цифры в первой десятке, а так же на «очко» и «двойной покер», то есть «21» и «22»…
Джина мотнула головой.
— Я не понимаю, что это значит.
Локридж с энтузиазмом воскликнул.
— Да это неважно! Сейчас я тебя скажу, и ты все поймешь. Короче говоря шансы на выигрыш у меня были двадцать восемь к тридцати семи.
Я трясся от волнения, когда крупье запустил шарик в круг. Шарик попал на число «24»…
Джина пожала плечами.
— И что это значит? Локридж вытянул губы.
— Ну, это значит, что я не проиграл, но ничего особенного не выиграл. Короче говоря, в этой игре я заработал только семь жетонов.
Во второй раз я делал ставки тоже на двадцать восемь жетонов. Оставил незакрытыми гнезда из первой десятки «21», «22», «23», «24». А шарик остановился против цифры «13». Я, слава Богу, снова выиграл. У меня уже было четырнадцать лишних жетонов.
— И что? — полюбопытствовала Джина Кэпвелл. — Сразу же все поставил на кон?
— Нет, — хитро улыбнулся Локридж. — Я не стал бросаться в игру сломя голову. Я рассовал деньги по карманам и пошел в бар пить пиво.
Но возбуждение не покидало меня. У меня стучало в голове: это кончится плохо… это кончится плохо…
Я допил пиво и решил мотать отсюда. Направился в кассу, но по дороге… Джина, ты не поверишь! Ноги сами, помимо моей воли привели меня к ближайшему рулеточному столу.
Даже не понаблюдав за игрой, я стал выкладывать жетоны. Тогда я поставил на вторую половину круга. Не помню, по-моему, с шестнадцатого до тридцать пятого номера. Короче говоря, всего двадцать жетонов. Первая половина и последний номер оставались не закрытыми.
Шансы на выигрыш были у меня двадцать к тридцати семи. Чуть выше, чем один к одному. Когда шарик завертелся, я подумал — кто же так играет, кретин?
Тогда выпал кажется номер из второй десятки и мне подфартило на пятнадцать дополнительных жетонов. «Спокойствие, Лайонелл, спокойствие…» — сказал я сам себе.
Потом, в следующий тур я играл более осторожно. Закрыл уже тридцать три гнезда из тридцати семи. Оставил незакрытыми только цифры в серединке, а выпал номер «3». Но это был совсем небольшой выигрыш: два жетона.
Вот так, почти не идя на риск, я сыграл еще три тура. И каждый раз выигрывал…
Потом я, разумеется, снова выпил пива. Было уже часа три ночи. Мой общий выигрыш достиг тогда уже тысяч семь долларов. У меня карманы разбухли от жетонов. Я уже мог пару раз остаться в проигрыше. Катастрофы из этого не было. По теории вероятности сейчас я должен был проигрывать.
Выпив пива, я начал играть дальше. Потом я играл уже с шансами двадцать восемь к тридцати семи. И выигрывал. Всякий раз я неизменно выигрывал. Шарик ни разу не остановился на незакрытом гнезде. Конов десять подряд.
Меня уже почти тошнило от возбуждения. У меня из всех карманов вываливались жетоны. И я думал, что все это слишком неправдоподобно.
Я снова смотрел на себя в зеркало и видел уже совершенно другого человека. У меня глаза были налиты кровью. Я был похож на вынутого из воды морского окуня.
Я пошел в кассу и обменял жетоны на двадцать тысяч долларов — и все равно у меня еще оставалось намного больше, чем те, с которыми я начинал игру.
Тогда я решил сыграть только три кона.
Первая игра с минимальным риском. Тридцать три против тридцати семи. Все прошло хорошо.
Вторая игра с шансами двадцать девять к тридцати семи. Здесь тоже все сошло удачно.
Ну, я и подумал — все равно, что бы ни случилось в последней игре, я уйду отсюда с крупным выигрышем. Поэтому я отступил от своей привычной тактики.
В последние разы номера всегда выпадали в середине круга, и я зарыл половину гнезд в середине круга. Вполне вероятно было, что теперь шарик упадет на цифру большую или меньшую. Потому, что все три последние раза выпадала середина.