Он явно пользовался ее беспомощностью, чтобы подольше держать ее в неведении. Джина готова была выцарапать ему глаза от обиды.
— Ну что? Что? — наконец, не выдержав, вспылила она.
Тиммонс еще несколько мгновений смаковал густой черный напиток, а затем торжественно объявил:
— Сантана взяла заложника!
— Что?
— Вот именно. Ты не ослышалась. Как только мы с тобой отправились в больницу, она схватила Иден и, угрожая ей пистолетом, потребовала, чтобы СиСи Кэпвелл в обмен на свою дочь предоставил Сантане вертолет и отдал ей Брэндона.
— Так что, — продолжал окружной прокурор, — можешь радоваться. Сантана больше не будет покушаться на тебя. Думаю, что никто не выполнит ее безумные требования.
— Да ты что, Кейт, шутишь? Если СиСи решит обменять Иден на Брэндона, он сделает это в один момент!..
— Существует одна техническая сложность во всем самом деле.
— Какая? — угрюмо буркнула Джина. Тиммонс широко развел руки.
— Дело в том, что СиСи Кэпвелла пока что не удалось найти.
— А Софию?
— И ее тоже. Оба они неожиданно и бесследно исчезли. Думаю, что для тебя, Джина, это не очень хорошее известие. Наверняка, они уединились где-нибудь и занимаются тем, чем ты с удовольствием занималась бы целыми днями.
— То, что их не нашли еще ничего не значит. И вообще, Кейт, это не твое дело. Когда мне понадобится, я сама разберусь с Ченнингом-старшим.
— Ладно, я разрешаю тебе этим заняться. Но думаю, что сейчас ты вряд ли интересуешь нашего самого уважаемого гражданина.
— Ему осталось совсем недолго ждать. Да, кстати, а Сантане сказали о том, что СиСи еще не нашли?
— Не знаю. Может быть, сказали, а может быть, и нет. Все зависит от того, какую тактику изберет лейтенант Редке. Возможно, он посчитает нужным подольше держать ее в неведении. Кстати, это обычный метод поведения в таких ситуациях. Нужно всячески задерживать террориста и отвлекать его внимание разговорами о том, что кого-то или что-то не удалось найти.
— Представляю себе, что подумает Сантана, когда ей сообщат о том, что СиСи Кэпвелла нигде не удается обнаружить!..
— Что?
— Да она же сумасшедшая! Она сразу подумает, что все врут, начнет кричать, что ее обманывают… Закатит очередную истерику… А в результате, ее снова намнут жалеть и уговаривать. На месте полицейских я бы уже давно пристрелила ее, чтобы она никому не портила жизнь.
— Осторожнее, Джина. В моем присутствии тебе лучше так не отзываться о Сантане.
— А что, я, по-твоему, не права? Бог знает, что ей может сейчас прийти в голову. Если она снова посчитает себя обманутой, то ничто не помешает ей расправиться с Иден. А на этой площадке остался еще кто-нибудь?
— Кастильо.
— Я думаю, что Сантана вполне может и Круза пристрелить. С нее взятки гладки…
— Да заткнись ты, Джина. Что ты каркаешь?
Она совершенно естественным образом, как было присуще только Джине, пропустила мимо ушей столь оскорбительное высказывание. Она уже забыла о том, чего ей хотелось всего лишь несколько минут назад, и продемонстрировала основную черту своего характера — безумное, безрассудное любопытство.
— Жалко, что мы уехали… — с сожалением протянула она. — Надо было остаться там. Наверняка, мы многое потеряли, уехав оттуда.
— Если помнишь, Джина, то ты уехала оттуда потому, что собиралась навестить больницу. У тебя были там кое-какие неотложные дела. Еще скажи спасибо, что Сантана отпустила нас. А вот если бы мы действительно остались на этой площадке, то возможно Хейли в данный момент оплакивала бы смерть тетки.