— Ну, теперь-то ты хоть понял, что ее сейчас ни в коем случае нельзя везти в больницу?.. Мы на полпути к истине, еще немного, и она расскажет все, что случилось с моим братом.
— Нет, я должен спросить об этом его самого.
— Кого? — изумленно воззрился на него Перл.
— Доктора Роулингса, — ответил Уитни.
— Ты что, с ума сошел? — воскликнул Перл. — Как ты можешь спрашивать его об этом? Неужели ты не понимаешь, что он будет все отрицать. Именно такой ерунде учат в ваших полицейских академиях? Если человек знает, что его подозревают в убийстве, разве он станет сам наговаривать на себя? Это же полная чушь. Вне всяких сомнений он просто посмеется над тобой, и в результате мы подставим Элис. Нам нельзя рисковать ее жизнью. Послушай, старик, — он доверительно наклонился к Уитни, — у нас есть время, нам нечего терять.
— Кому это нам? — недоуменно спросил Пол.
— Тебе и мне В общем, главным образом, это относится к тебе Ну, пошли со мной.
— Но ведь в полицейском управлении требуют, чтобы ее немедленно отвезли в больницу. Я не могу не выполнить приказ начальства.
— Так как ты не понимаешь, Элис боится больницы, там ей будет плохо.
— Но это же больница, а не тюрьма, — упирался Уитни. — Посмотри на нее, она больна, ей требуется помощь. Мы ведь не знаем, можно ли сейчас верить ее словам. В таком состоянии она может наговорить все, что угодно.
— Ну ладно, головорез, запомни свои слова, — мстительно сказал он. — Следующий раз, когда ты ее увидишь, доктор Роулингс накачает ее лекарствами, что она не будет понимать, на какой планете живет.
— Да пошел ты! — отмахнулся от него Уитни. — Я не хочу тебя слушать.
— Элис, поедем в больницу, там тебе не сделают ничего дурного. Ты будешь чувствовать себя гораздо лучше, там врачи, они окажут тебе помощь, хорошо?
Она испуганно бросилась в объятия Кортни, но Уитни с бычьим упрямством приставал к ней:
— Пойдем, Элис, все будет хорошо, не бойся.
С помощью силы и уговоров ему удалось высвободить Элис из объятий Кортни и поднять с дивана.
— Пойдем. Хорошая девочка, у нас все будет нормально. Ты же понимаешь, что я прав, пойдем, — говорил он.
Она подняла взгляд на Уитни и вдруг неожиданно увидела перед собой иезуитскую улыбку доктора Роулингса и его медоточивый голос. «Все правильно, Элис, — сказал этот Уитни-Роулингс, — я всем здесь хочу только добра». Ее вдруг охватила паника, и, вырвавшись из объятий полицейского, Элис бросилась к стене.
— Это вы сделали это! — закричала она. — Вы убили Брайана!
— Элис, что с тобой?
— Тебе никто не хочет зла, Элис, пойдем, пойдем.
— Нет! — снова дико заверещала Элис. — Вы убили Брайана! Вы оставили его в церкви умирать, а я вам помогла, я позволила вам это сделать.
Она забилась в конвульсиях и, обхватив руками голову, съехала вниз по стене.
Часы в зале ресторана «Ориент Экспресс» показывали начало девятого, когда Лили Лайт решила закончить ужин.
— Я думаю, нам пора расплатиться и покинуть это гостеприимное место, — сказала она, обращаясь к Мейсону.
— Почему? Ведь еще больше часа до начала демонстрации?
— Нам пора ехать, настойчиво сказала она. — Я хочу оказаться в казино пораньше любопытных журналистов.
— Ну что ж, хорошо.
— Том, подойди к нашему столику.
Когда тот вежливо подал счет, Мейсон расписался на листке бумаги и вернул его официанту. Тот мгновенно удалился.
— Судя по твоим блестящим глазам, — сказал Мейсон, — ты любишь драку.
— Да, люблю. Я думаю, что сегодня нас ожидает настоящая решительная схватка. И я уверена, что победа будет на нашей стороне. Эта уверенность придает мне силы
Джина, которая немного отяжелела от выпитого и съеденного, на время потеряла интерес к Лили Лайт и продолжала учить жизни племянницу: