— О чем ты?
— Знаешь, вчера вечером, после звонка тебе, я отвез Элис назад в больницу доктора Роулингса. А теперь я думаю — вправе ли был так поступить?
— У тебя не было другого выхода, — без тени сомнения сказал Кастильо. — Ты должен был это сделать. Ты выполнил свой служебный долг, и тебя не должны мучить никакие угрызения совести по этому поводу. С чего это ты вдруг стал хандрить?
— Что-то подсказывает мне — Элис там не слишком хорошо. Она очень не хотела ехать.
— Вот что я тебе порекомендую — ты продолжай следить за ней. Почаще навещай в больнице, звони, интересуйся состоянием ее здоровья. В любом случае, это не повредит.
— Хорошо. Я так и сделаю.
— Что-то еще? — спросил Кастильо. Уитни кивнул.
— Да. Я беспокоюсь также за Перла и Кортни. Как бы они не наделали глупостей.
— Что они еще там затеяли?
Уитни снова колебался, будто не решаясь сообщить начальнику о том, что произошло прошлым вечером.
— По-моему, они затеяли что-то безумное. Элис рассказала Перлу о том, что его брат похоронен за какой-то стеной в бостонской церкви Норд-Кумберленд-Черч.
— Так все-таки эти разговоры о смерти его брата имеют под собой какое-то основание? — наконец, выговорил он. — Как ты думаешь, Элис сказала правду?
— Не знаю, — пожал плечами Пол. — Судя по тому, как она нервничала — это было очень похоже на истину. Короче говоря. Перл и Кортни хотят это проверить.
— Спасибо, что сказал. Я обязательно свяжусь по этому поводу с Перлом. Если все обстоит так, как рассказала Элис, то здесь раскручивается нешуточное дело.
— Так, подожди минутку, — сказал Перл. — Я сбегаю наверх. Эту стену голыми руками не возьмешь.
— Я боюсь оставаться здесь одна.
— Ну, хорошо, — кивнул он. — Тогда поднимись по лестнице и жди меня возле двери.
Спустя несколько минут он вернулся к Кортни с толстой кувалдой на длинной ручке.
— Где ты это взял? — удивленно спросила она.
— Там на улице есть сарай. Только у нас небольшая проблема…
— Какая?
— Идем, там по ступенькам уже поднимается свадебная процессия. Придется нам немного переждать внизу. Шуметь пока нельзя. Ты готова к ожиданию?
Перл опустился на запыленный деревянный сундук, стоявший в углу подвала, и, тяжело вздохнув, наклонил голову.
— Мне очень жаль, Перл, — сказала она, поглаживая его по плечу. — Представляю, каково тебе сейчас.
— Если там, за стеной, Брайан… — глухо произнес он. — Я даже представить себе не могу, что время сделало с ним. Я был на его похоронах, видел его в земле… Кто же был в гробу?
— Может быть, гроб был пустой?
— Как — пустой? Пустой… Что я скажу родителям? Как они переживут это? Ведь все были уверены в том, что Брайан уже похоронен. Ты представляешь, что им придется снова пережить?
— Перл, как я жалею тебя… Наверное, сейчас не время…
— Что? — спросил он.
— Пока ты был в клинике, — несмело сказала она, — я жила надеждой на то, что когда ты вернешься, мы разберемся в наших отношениях.
— Да, похоже, что у нас не очень-то получается. Как ни горько говорить, но я вынужден признать, что ты права.
— Но я уверена, что у нас все будет хорошо. Ведь правда?
В подвале было слишком темно, чтобы она могла увидеть его глаза. Но его слова не принесли девушке облегчения.